ГОЛЕМ

Фэнзона

Ступай в туман

БиблиотекаКомментарии: 0

Не знаю, что заставило меня написать тебе это письмо... Мы не общались уже так давно, с того самого дня...

А ты вспоминаешь тот день? Когда мы потерялись в том липком, вязком тумане, и держались за руки, а потом отпустили руки друг друга? Мы были тогда еще детьми, но знаешь, с тех пор у меня не было друга лучше тебя. И я звал тебя тогда, кричал... Помню, как бешено колотилось сердце, а туман подползал со всех сторон...

Так вот, я пишу тебе, потому что никто, кроме тебя и меня, не сможет понять то, что со мной случилось. А мне нужно кому-то рассказать.

Наверное, ты сморщишься в отвращении, когда узнаешь, какими делами я теперь занимаюсь, то есть занимался. В тот раз, последний, знакомый археолог дал мне координаты места. Он тоже был в доле. По его указке, экспедиция из студентов и молодых выпускников искала в нескольких метрах от нужного места. Нам он дал верные координаты, а также оставил неприметный знак.

Мои спутники, Максим и Ярослава, оживленно переговаривались во время поездки. Мы рассчитывали обнаружить богатое захоронение девочки из древнего рода, быстро забрать драгоценности, ну а покупатели, проверенные люди, были очень заинтересованы в наших находках. На все это должно было уйти дня два, максимум неделя.

Нам везло, вначале. Сооружение из веток, незаметное для глаза обывателя, указало нам верную дорогу. Координаты привели нас к холму, то есть, к кургану, который был почти незаметен над уровнем земли. Но только почти, если знаешь, что ищешь.

Все было прекрасно. Кругом простиралась лесостепь, почти не тронутая рукой человека. Максим оказался шутником и балагуром и отлично готовил, а Слава - отличным охотником. Вечерами после работы мы рассказывали друг другу страшные истории, потом засыпали в одной огромной палатке - так было безопаснее. Где-то далеко ходили медведи, но они не тревожили нас. Знаешь... только теперь я понимаю, что вокруг нас почти не было живности, особенно крупной. Настрелять чего-нибудь покушать, особенно Славе, было легко. Но мы не видели ни медведей, ни лосей, в общем, никого крупнее белки или глухая. Но тогда мы только радовались этому.

Наконец мы добрались до скелета. Кости и кости, только вот никаких украшений и драгоценных камней не было и в помине.

- Черт, подстава, что ли? Коля, ты же говорил, тут дохрена всего будет, - нахмурился Максим.

- Копай, пока не стемнело! - прикрикнула на него Слава и уже через несколько минут извлекла из могилы лошадиный череп. Это были всего лишь лошадиные кости!

Работа пошла упорнее, хотя уже почти стемнело. Нам не терпелось докопаться до самой девчонки.

- Кончай работу, - вдруг приказал Макс, хотя главным у нас считался я.

Слава вопросительно посмотрела на него.

- Стремно мне, - признался Максим. - Бывает, раскопаешь под ночь, а потом... Завтра с утра закончим работу - и айда.

Вообще-то мы люди суеверные, и поэтому страх и даже какое-то уважение к мертвой победили. Нас было всего трое, и какой странной мы были троицей! Я, похожий на обедневшего аристократа, худой и осунувшийся Макс и крепко сбитая, невысокая Слава, бабенка лет тридцати. Макс на это явно не от хорошей жизни пошел, думаю, он вообще вел какую-то полукриминальную жизнь, для меня это занятие сначала было таким хобби... Любил из себя строить аристократа, потомка древнего русского рода, пытался докопаться до корней, до истины, хах! Вляпался в криминал по незнанию, и понеслась... Слава же была для меня загадкой, и она, похоже, никому не доверяла.

Но я отвлекаюсь. С раннего утра мы принялись за работу. Уже скоро лопаты как будто стукнулись о камень. Спутники хотели поднажать, но я, наоборот, потребовал копать медленно и аккуратно. И не зря. Очень скоро на поверхность показалась рука. Ее раскопала Слава.

- Что за черт? - спросил Макс, подойдя ближе. - Она уже была в труху превратиться за столько лет.

Я вспомнил все истории о вампирах и колдунах, но промолчал.

Слава рискнула потрогать руку:

- Холодная, как лед, и как будто сама ледяная.

Действительно, руку как будто покрывала тонкая ледяная корка, но она медленно таяла.

- Вероятно, какой-то древний способ мумификации, - предположил я.

Мы стали раскапывать труп дальше, очень осторожно. Но как только показалась золотая брошь на истлевшей ткани, Макс будто с ума сошел. Он схватил ее, разрывая платье, и засунул себе в карман. Слава, вместо того, чтобы остановить его, тоже кинулась срывать драгоценности, показавшиеся из-по земли. Я кричал на них, но напрасно. Их действия не имели никакого смысла. Мы договорились продать всю добычу через меня, а потом уже поделить деньги. Не было никакого смысла в этом судорожном сдирании драгоценностей. Да и так их можно было запросто повредить...

Оба быстро работали лопатами, хватая все, что видели. Ткань когда-то богатого платья почти истлела, несмотря на ледяную корку, покрывавшую труп, а теперь они разорвали его на мелкие кусочки. Слава сорвала амулет с шеи девчонки вместе с клоком волос. Я не выдержал и дал ей пощёчину.

- Эй! - от резкого звука Макс тоже, казалось, пришел в себя. Слава потирала щеку.

- Ты только что снизила его ценность на несколько тысяч! - закричал я. - Придите уже в себя, да что с вами такое?!

Они ничего не ответили, но, казалось, истерия прошла. Труп был почти выкопан из земли, и мы уставились на фигурку девочки лет десяти с черными длинными волосами, черными раскосыми глазами, смотревшими в небо, и необычно белой кожей. Казалось, она умерла только вчера. Все сохранилось: волосы, глаза, зубы... Только одежда сгнила почти полностью, и туфельки.

- Что с ней такое? - спросила Слава, подвигаясь ко мне. - Это... точно нормально?

Я впервые видел ее напуганной, казалось, эта женщина не испугается, даже если столкнётся нос к носу а лесу с разъярённым медведем.

- Неважно, - у меня тоже мурашки пошли по коже от ее глаз, смотревших в небо. Или не в небо, а куда-то... в пустоту... в мир смерти...

- Закончим работу поскорее, и свалим, - сказал я. - Еще только полдень, а работы тут на пару часов, если только под трупом ничего больше не лежит.

- А здесь что? - Слава ковырнула землю рядом с трупом, что-то блеснуло. Еще амулеты, ожерелья, браслеты, кольца! В этот раз работали слаженно, но золотая лихорадка заставила нас забыть о том, как странно выглядит труп девочки.

Украшения достали все минут за десять-пятнадцать, вернулись к трупу. В общем-то, осталось выкопать только правую руку девчонки и перевернуть труп. Тут-то мы его и увидели, перстень. Золотой с огромным рубином. Она носила его на указательном пальце и сейчас я вспоминаю, что перстень сидел на нем, как влитой. Но тогда я не обратил на это внимание.

Мои спутники замерли и ждали, а я снял перстень с ее пальца. И поднеся ближе к глазам, удивился тому, что он ей был явно не по размеру. А мне бы как раз... Тут какое-то странное чувство охватило меня, как раньше - Макса и Славу, и я надел его на указательный палец правой руки. Слава и Макс не возразили ни словом, ни взглядом.

Мы продолжили работать. Меня не смущало даже то, что грубый черенок лопаты мог повредить капризный и мягкий металл. Смущало другое. Дело, видно, шло к дождю. Ужасная духота окутала нас будто старым шерстяным одеялом. Мы вытащили труп и продолжили копать, но вскоре каждое движение начало даваться с трудом. Все поминутно прикладывались к бутылкам с водой, но ничего не помогало. Пот заливал глаза.

Первым не выдержал Макс:

- Ну хватит! Ничего здесь больше нет!

Он отбросил лопату. Мы со Славой перестали копать, но не выпустили инструменты из рук.

- Нужно убраться отсюда до темноты! - чуть ли не прокричал Макс. - Вы что, забыли уже, КАК она выглядит?

Думаю, в этот момент мы все вспоминали страшные истории о вампирах и прочих существах. Макс был прав. Лучше оставить часть возможной добычи здесь, чем ночевать с ЭТИМ.

- Смотрите, черви, - Слава поморщилась с отвращением, указав на жирного белого червя, пролезавшего между пальцев мертвой.

Мне показалось, что я чувствую запах гнили, но это приободрило меня. Значит, она мертвая, а лед действительно каким-то образом сохранил ее тело. Но очень ненадолго. И теперь она начнет быстро разлагаться. Но это уже не наше дело.

- Да, давайте собираться! - нарочито бодрым тоном сказал я.

- Что за черт?! - Макс указал пальцем в низину. Я увидел густой белый туман, скапливающийся там и будто ползущий к нашей небольшой возвышенности.

- Сначала боишься ходячих мертвецов, а теперь природных явлений! - усмехнулся я, хотя внутри похолодел.

Этот туман... как будто полз... Словно был живым...

- Скоро будет дождь, вот и все, - сказала Слава, но пододвинулась ближе ко мне.

- Дождь или нет, черта два я здесь останусь! - прорычал Макс.

А вот мне не хотелось спускаться в этот туман, хотя я понимал, что скоро он доберется до нас... доползет...

- Ты думаешь, что сможешь найти дорогу в этом тумане? - возразил я. - Лучше переждать здесь.

- Если ночь будет лунной, сможем дойти хотя бы до леса, - поддержала меня Слава.

- Ладно, - кивнул Максим, с недоверием глядя на туман. - Только в эту ночь спать я не буду.

А уже дальше нас ждала надежно припрятанная машина. Не о чем волноваться.

Кроме как о тумане, который подбирался все ближе к нам.

Я вздрогнул, как будто белое щупальце коснулось меня. Мокрое, белое, липкое марево стелилось по земле, хватало за ноги.

- Это необычный туман, - сказал Макс.

Он нервно теребил в зубах травинку. В его глазах был страх, настоящий... Я отвернулся и проговорил:

- Нечего бояться. Здесь все туманы такие, наверное.

Мне еще не было страшно, тревожно - да, но не более. Я думал, что скоро этот неприятный туман закончится, дойдем до леса, а с первыми лучами солнца...

- Ай! - воскликнула Слава и добавила. - Меня как будто что-то за ногу схватило.

Липкий, густой, пробирающий до костей туман окутал нас в считанные минуты. Мы едва видели лица друг друга, хотя стояли близко друг к другу. Но я почему-то немного успокоился.

- Всего лишь туман, - снова сказал я. - Просто в этих местах он очень неприятный.

Внезапно Слава замерла и прислушалась, а потом широко раскрыла глаза от удивления:

- Вы слышите? Эту песню мне пела мама... Колыбельную... Я думала, ее знают только в нашей деревне...

Мы прислушались и услышали тихий, далекий женский голос, певший песню на незнакомом мне языке. Но Слава понимала его и сделала шаг вперед.

- Куда ты! - успел выкрикнуть я, но моя рука схватила лишь воздух.

Послышались удаляющиеся шаги.

Лицо Максима было бледным от ужаса.

- Нам лучше держаться вместе, возьмёмся за руки, - сказал я.

Макс, будто во сне, взял меня за руку, не проронив ни слова.

- Нам нужно искать Славу, - сказал я и повел его по направлению к голосу. Песня слышалась совсем рядом.

- Ты знаешь, что это за язык? - тихо спросил Максим. - Болгарский. Я его понимаю, самую малость.

Теперь песня стала другой, еще более спокойной и протяжной, и в нее включился чистый, глубокий голос Славы.

- Они сейчас уже не колыбельную поют. Погребальную.

Его лицо было бледным, как мел, глаза превратились в глубокие озера, в которых плескался ужас.

Голоса были уже совсем близко, и вдруг стихли. Под моими ногами заскользили камни, и я отшатнулся назад, протянув за собой Макса.

- Тут обрыв. Обрыв, - прошептал я.

- Ее больше нет, - добавил Максим.

- Что бы ты ни услышал... - снова прошептал я, крепко сжимая его мозолистую руку.

Кажется, он кивнул.

А я тогда вспомнил тебя, и тот день, когда так же крепко за руку держал тебя... Но...

Мы хотели отойти подальше от обрыва, но Максим споткнулся, и его рука на миг выскользнула из моей. Как тогда, с тобой, все повторялось... Но Максима я не потеряю, только не сейчас! Я отыграюсь за ТОТ день!

Я хотел схватить его снова, но моя рука нащупала лишь пустоту.

- Максим! - закричал я.

- Я здесь! - закричал он.

Он был на расстоянии пяти шагов, но я не видел его. Я хотел подойти к нему, но снова - только пустота.

- Максим, где ты? - закричал я. - Стой на месте! Я подойду к тебе!

- Ладно! - отозвался Максим, но я понял, что он еще дальше от меня.

- Говори что-нибудь, чтобы я тебя нашел! - прокричал я.

- Что? Спеть, может?

- Нет!

Как у него были силы еще шутить?

- Ладно, когда я был маленьким, батя часто брал меня с собой на охоту... Думал, тоже вырасту, охотником стану, да вот... Ну короче, слушай историю...

Голос Максима успокаивал меня, как и его незамысловатая история. Но чем ближе я подходил, тем дальше раздавался его голос. Я боялся идти дальше, опасаясь очередной ловушки, как вдруг все стихло... А потом я услышал чавкающие, грызущие звуки.

- Максим? - я сделал шаг вперед и понял, что снова оказался у могилы. Она была полна белесых, жирных червей. Максим сидел у края могилы, поедая руку девочки, захватывая червей горстями. В его глазах была та же черная пустота, что и в ее глазах.

- Максим? - осторожно спросил я.

Он не ответил. Он ел с хрустом и чавканьем, и когда его зубы вгрызлись в собственные пальцы, не заметил этого.

Я сделал насколько шагов назад, и Максим растворился в тумане. Я шел, не зная куда, меня чуть не вырвало.

Но и это было только началом кошмара. Я вдруг заметил, что кое-где туман начал сгущаться, словно какие-то твари, размером с мужскую руку до локтя, ползали по моим ногам... Словно белые длинные сгустки тумана... Словно черви.

Я закричал и принялся стряхивать их, но они были везде, везде! Туман начал сгущаться, и я увидел, что это не черви, а гусеницы. Они словно обретали видимость. Показались тонкие белые лапки, усики, и они бегали, бегали, бегали в тумане, задевая меня лапками, холодными, тонкими лапками.

Потом я увидел, что у них есть глаза. Черные точки, в которых плескалась черная густота. Но эти твари... они не видели меня. Они смотрели куда-то... Может, они далее были слепыми.

Потом... Потом я увидел, разглядел их тела. Они словно обретали форму в этом тумане. Я увидел сочленения на их тельцах. У них были плотные, жирные, белые тельца, и они стали гораздо более... осязаемыми.

Но дальше было хуже. У этих тварей появились лица, не как у нормальных гусениц. А такие лица, словно пародии на человеческие. Нос - рудиментарная кнопка и тонкие белые губы, застывшие в искривлённой улыбке. Их было очень много... Они были повсюду...

И потом... эти рты стали открываться. У них были зубы. Тонкие, белые зубы. Чтобы грызть, грызть, грызть. Они открыли рты и показывали зубы и высовывали длинные бледно-розовые языки.

Холод и морось пробирались как будто под кожу, но я не замечал их. Кольцо чуть было не слетело с моего пальца. И они едва не заметили меня. Глаза их на одно мгновение все уставились на меня, но едва я закрепил кольцо на пальце, они вновь занялись своими делами.

И тогда я вспомнил эту легенду. Говорят, эта девочка была древней жрицей, и ее похоронили вдали от всех, чтобы и после смерти она защищала мир от злых духов. А в этом ей, как оказалось, помогал перстень. Но теперь... теперь только я хранитель. Они сожрали ее тело, и я не смогу вернуть ей перстень, только занять ее место.

Почему-то я схватил перстень посильнее и прошептал "домой".

Когда туман рассеялся, я оказался в Венгрии. Почему в Венгрии? Оказывается, мои родители переехали туда после того, как я потерялся в тумане... Там они и умерли. Но в тот день не я потерялся в тумане, ты! Я навел справки - ты все еще живешь в том доме, на той самой улице, а я считаюсь без вести пропавшим!

Ты еще помнишь меня? Не спеши выбрасывать письмо.

С тех пор... Туман подступает все ближе. Из меня плохой хранитель. Иногда в темноте я вижу, как они смотрят на меня тысячами глаз, в которых плещется темная густота. Я должен идти, туда, в туман... Мне страшно. Но я справлюсь. Я удержу их, не дам вырваться в этот мир!

Но если бы со мной был хотя бы один понимающий друг... Я знаю, не спрашивай откуда, как тебе одиноко вечерами, особенно туманными... И если хочешь, ступай в туман. Там я встречу тебя.

Ступай в туман...

Просмотры: 249


    Оставьте комментарий!

    Чтобы оставить комментарий, нужно войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте. Не волнуйтесь, это совсем не сложно. И да, у нас можно зарегистрироваться через социальные сети: Вконтакте, Фейсбук, Твиттер, Гугл+.
    Кстати, наш официальный паблик Вконтакте тоже ждет вас!