ССК 2018

Фэнзона

Топография ужаса: "А теперь не смотри" Николаса Роуга (1973)

РецензииКомментарии: 0

Лирический фильм ужасов без монстров и чудовищ. Меланхоличная, депрессивная и тревожная экранизация Дафны Дюморье , "Птицы" и "Ребекку" которой экранизировал сам Хичкок.

Все самое страшное случается в начале: гибнет дочь главных героев. Но страшно становится еще до этого, с первых секунд. Резкие монтажные переходы через деталь, причем большинство деталей разбиваются или иным образом деформируются: мы сразу понимаем, что произойдет что-то непоправимое и катастрофичное, как катастрофичен и сам монтаж, напоминающий разлетающиеся в стороны осколки стекла. Монтажное сопоставление реальности и фотографии, реальности и зеркального отражения сразу задает тему - призраки и призрачность. На эту же тему будет работать образ слепого медиума и обилие воды и отражений в ней - игра видимого и невидимого, призрачного и реального.

Композиционно наиболее монтажные части обозначают начало и конец фильма, представляя собой настоящий визуальный аттракцион. Еще одна сложная монтажная сцена дана прямо в середине фильма - сцена секса, небольшая передышка для зрителя, любовь посреди кошмара, невероятно красивая и чувственная (ради одной этой монтажной фразы можно посмотреть весь фильм).

В основном до конца фильма вроде бы ничего по-настоящему ужасного не происходит, как и почти ничего сверхъестественного (оно может быть объяснено и психологически). Но ощущение напряжения и страха не покидает, фильм наполнен намеками и предчувствиями. И этот эффект создается за счет художественной формы.

Красный цвет плаща, в котором погибла дочь главного героя, а также синий цвет воды, в которой она утонула, пронизывают всю атмосферу фильма, появляясь почти на всех возможных объектах: одежда, здания, интерьеры, цветы и т.д. Подобный прием, только с красными и зелеными цветами, был использован Мартином Скорсезе в фильме "Таксист". В обоих фильмах преобладание двухцветной гаммы создает ощущение психодела, безумия, зараженности экранного мира сумасшествием героя.

Кроме игры с цветами, активно используются крупные планы деталей и монтажные переходы через деталь. Но детали эти ничего не означают, а цель приема - намекнуть на нечто невыразимое и потому ужасное, погрузить нас в параноидальное состояние героя.

И, конечно, самое главное в фильме - тщательно выписанное пространство Венеции с ее узкими улочками, лестницами, мостами и каналами.В этом пространстве герой постоянно теряется, оно разделяет его с женой, становясь отдельным живым персонажем. По сути, это готический сюжет о проклятом доме, но вместо дома здесь целый проклятый (и невероятно красивый) город. Это и есть топография ужаса: пространство, создающее кошмар.

Мастерки выстроен и сюжет. Хотя диагностированной депрессией страдает жена героя, очень скоро мы начинаем понимать, что с ума сходит не она; с ума сходит сам герой, который в начале фильма казался оплотом рациональности, скепсиса и твердости воли. И вместе с ним мы погружаемся в депрессию, одиночество, панику, мистические видения и предчувствия. Смерть героя совпадает с апофеозом этого безумия и визуальным калейдоскопом на экране. В самом конце становится даже не страшно, а скорее наступает облегчение - безумие закончилось, и мы снова в реальном мире, пустом и холодном в отсутствии любви, но все же реальном.

Просмотры: 101


    Оставьте комментарий!

    Чтобы оставить комментарий, нужно войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте. Не волнуйтесь, это совсем не сложно. И да, у нас можно зарегистрироваться через социальные сети: Вконтакте, Фейсбук, Твиттер, Гугл+.
    Кстати, наш официальный паблик Вконтакте тоже ждет вас!