Advertisement

Фэнзона

Путешествие в кошмар

БиблиотекаКомментарии: 0

-Ты боишься?..- с вызовом спросил Андрюха и неумело навёл объектив камеры на лицо тёмноволосого паренька.

-Я-то нет, а вот у Надюхи сейчас нервный срыв будет, я чувствую.- улыбается Диман и тут же исчезает из кадра – камера дрожит, огибает плечо маленькой тёмноволосой девочки, нагоняя блондинку, идущую чуть впереди.

-Бу!

-Придурок!..- шипит она и отбивает его руку.

-Ух, бойцовская девчонка,- смеётся Андрюха, камера дрожит,- Ничего, тебе бояться нечего… с твоим-то ухажёром!

Камера утыкается в лицо упитанного кудрявого парня, потом разворачивается, показывая прыщавое неестественно бледное лицо Андрюхи:

-Сегодня не будет равнодушных! Все запомнят этот день, и он станет нашим общим кошмаром!.. Который не оставит нас никогда… До скончания времён…

-Эй, Андрюха, зарядку не трать!

-Хорошо!

Изображение гаснет.

Эта группа из пяти молодых людей: Андрей, Дима, Коля, Таня и Надя. Запомните их такими, какими они были. Весёлыми, жизнерадостными, отчаянными и… любопытными. Они сами напросились.

Несколько дней назад они забронировали «Путешествие в кошмар». Никто не знал, что это такое. Это был секрет – чтобы не было возможности подготовиться, чтобы терзать душу неведением. Хитрый ход.

На собеседование пришёл Дима. Тёмноволосый, худой и высокий. Кабинет – маленький, украшенный в стиле французского ренессанса – с золочёными обоями и мебелью из чёрного дерева. Он сел на мягкое кресло, напротив него сидел изящный маленький старик с прилизанными волосами и сверкающим глазом. «Стеклянный!»- подумал Дима, и ему стало неприятно.

-Вы, молодой человек, уверены, что не ошиблись дверью?

-«Путешествие в кошмар»?- уточнил Дима,- я случайно, чисто по-дурацки, нашёл листовку в телефонной будке… Стал искать в интернете, но ничего не обнаружил.

-Безусловно. Это не то, что станут рекомендовать друзьям!- мелко засмеялся старик, поблескивая стеклянным глазом,- и уж тем более об этом не станут писать. Это страх, не поддающийся описанию. Это то, что сниться – больше ничего.

Дима поёрзал в нарочно мягком кресле.

-Вы уверены, что хотите этого?

-Конечно!- равнодушно, не задумываясь, сказал молодой человек.

Старик улыбнулся и положил перед собой лист, обрамлённый вензелями.

-Ведь у вас есть те, кто будет вас искать? В случае чего…

-А что,- спросил удивлённо Дима,- за жизнь вы не отвечаете?

-Шучу, конечно. Наша фирма даёт гарантию на ваше физическое здоровье. Вы вернётесь живым и невредимым. Я, правда, не говорю о психическом здоровье…

Дима почувствовал, что его запугивают и откинулся на спинку кресла.

-Я приведу друзей.

-Как вам будет угодно… Распишитесь здесь и здесь…

Когда подпись появилась на бланке, изящный старик притворно улыбнулся и аккуратно положил лист на стол.

-А теперь готовьтесь к самому худшему.

Дима не выдержал и хохотнул. Но от этого улыбка старика растянулась ещё шире.

И вот уже пятеро молодых людей стоят во дворе заброшенного склада. Они перешучиваются, запугивают друг друга.

Дима сделал так, как обещал. Он позвонил Андрюхе, своему школьному товарищу, тот в свою очередь предложил Тане. Их объединяло то, что так хорошо знакомо современной молодёжи – любовь к адреналину и неоправданному риску. Три года назад им казалось великим поступком лечь между рельсами за секунду до того, как тебя накроет несущийся грузовой состав. Крики, гудок машиниста и грохот колес. Вы помните это видео? Там Дима лежит под мелькающими колёсами и улыбается, Коля возбуждённо ругается, а Андрюха смеётся, тряся камеру. Потом они познакомились с Таней, и она научила их трюкам на скейтборде, она оказалась той ещё амазонкой. Они совершали немыслимые виражи на шоссе с сигналящими машинами, проносящимися мимо. Трюки совершались иногда даже попарно. Как они ещё не покалечились, оставалось большим вопросом. Потом Колян на третьем курсе познакомился с Надей, милой блондиночкой, и желание рисковать в нём поубавилось.

На одной из вписок Дима предложил альтернативу. «Путешествие в кошмар». Идея показалась забавной.

-Детский сад, ей богу, но попробовать можно,- пожал плечами Дима.

-Да, прикольно,- сказала Таня, отпив пиво из банки и передав её Андрюхе.

-Я только за!- сказал он и закатил глаза,- возьму свою извечную камеру и сниму самый жуткий триллер! Нет, правда. Сейчас ведь есть такой вид съёмок, забыл как называется, от первого лица что ли… Но самое главное, что это будет правда. Это будет наше реалити-шоу.

-Колю брать будем?- спросил Дима и отнял банку у Андрюхи.

-А зачем он нам?- спросил Андрюха и икнул,- у него нежности телячьи.

-Нет, мы возьмём его,- с уверенностью сказала Таня и сверкнула глазами,- если мы будем снимать фильм ужасов, нам понадобиться жертва. Тот, кто будет пронзительно кричать.

-Дима?- засмеялся Андрюха и ещё раз икнул.

-Нет, его девушка,- улыбнулся Дима, поняв идею,- она же блондинка. Будет над кем стебаться!

-Точно!- сказала Таня и подняла палец вверх.

Вот они стоят у стены кирпичного склада и, переминаясь с ноги на ногу, ждут, когда за ними приедут. Дует холодный осенний ветер, и волосы девушек разлетаются в разные стороны.

-Вон они, кажется,- говорит Таня, натягивая на пальцы кофту.

-Вообще, дурацкая идея,- ворчит себе под нос Надя.

По прямой пустынной дороге катиться тёмно-синяя новая «Газель», тускло светя бледными фарами. Она медленно подъезжает к молодым людям, останавливается. За совершенно тёмными стёклами ничего не видно, и Андрюха переглядывается с Димой. Тот криво усмехается.

Дверь с лязгом отъехала в сторону. За ней никого не было.

-Ну пошли, чего вы замерли?- сказала Таня и шагнула в темноту. Она наугад нащупала спинки сидений и прошла в самый конец маршрутки. Вслед за ней в темноту полезли и её друзья. Как только все расселись по своим местам, дверь захлопнулась, и внутренность машины погрузилась в непроглядный мрак. На секунду все замолчали, чтобы понять, что происходит. Но нечего не было.

На мгновенье свет включился, и они увидели маленького старика, сидящего напротив них. В следующий же момент свет погас, и маршрутка рванулась с места. От толчка все вскрикнули, но тут же погрузились в небытие

Когда Дима открыл глаза, он увидел, что сидит напротив стены, обитой такими же обоями, как и кабинет одноглазого старика. Он посмотрел вбок и увидел сидящих рядом друзей. Они тоже постепенно приходили в себя. Они трясли головами и удивлённо разглядывали место, куда они попали. С большой натяжкой можно было сказать, что это напоминало театральный коридор. Они сидели ровно под большой тусклой лампой, которые помещались на потолке и шли только в один конец коридора – вправо, где виднелась витая деревянная дверь. Слева коридор не был освещён, но в общих очертаниях угадывались театральные входы, закрытые бархатными красными занавесами. Конец коридора упирался в стену.

-Добро пожаловать, друзья!- слева стоял тот самый человек, в цилиндре и с тростью,- прошу прощения, за доставленные неудобства, но пришлось на время вас усыпить. Никто не должен знать, где находиться это место.

Надя тут же схватилась за небольшую сумочку, открыла её и удивлённо посмотрела на старика.

-Да, нам необходимо было забрать ваши мобильные телефоны. Вы, надеюсь, сами понимаете, зачем…

Коля с негодованием посмотрел на Диму, но тот ничего не ответил. Андрей с удовлетворением заметил, что его камера никуда не пропала.

-Дамы и господа, добро пожаловать. Место, куда вы сейчас спуститесь, в советские времена было подвалом городской больницы. По крайней мере, так было написано в документах… Но вы же сами понимаете, не всё так просто. Не всё что лежит на поверхности, отображает истинную сущность… Здание было заброшено с 1975 года, но в девяностые здесь пробовали оборудовать киностудию, но из-за большого количества несчастных случаев здание вновь опустело. Я приобрёл его пять лет назад. Нам почти не понадобилось ничего перестраивать в нём… Только хочу сразу вас предупредить. Про те несчастные случаи, случившиеся раньше… Были без вести пропавшие. Никто не знает, но их так и не нашли.

Они стояли посреди театрального коридора под прицелом невидимых камер наблюдения. Они изучали их: каждое движение, каждую черту лица, они записывали голос… На секунду взгляд старика скользнул по ним. Камеры равнодушно записывали свой триллер, который вот-вот готов был начаться.

Они подошли к деревянной витой двери. Старик сверкнул Наде стеклянным глазом и нажал маленькую кнопочку, вдавленную в рамку какой-то старой картины. Коля посмотрел на картину, и ему стало жутко неприятно – это был Босх. Переплетение уродливых существ, глядящих маленькими чёрными глазками из исковерканной реальности картины. Дима тоже увидел это, но тут же отвернулся – за витой дверью что-то щёлкнуло.

-Прошу…

Старик открыл дверь, и за ней оказалась кабинка лифта. Когда молодые люди вошли, пол лифта под ними просел. Старик зашёл последним. Он нажал кнопку «вниз».

-Я не говорил, что ваше путешествие займёт час. Оно может занять день… или даже больше. Цель вы должны понять сами. Но самое главное, что вызвать лифт можно только сверху.

Лифт притормозил, и дверь открылась. Старик прошёл вглубь лифта, вытолкнув из него друзей.

-А как же?..- с непониманием сказала Надя.

-Не можем же мы бросить вас на произвол судьбы! Вы видите – там в будке сидит охранник. В случае чего он вызовет вам лифт. Но это только в крайнем случае. Когда уже надежда найти выход будет потеряна и…

Старик улыбался. Дверь за ним закрылась, и лифт поднялся наверх.

-Этажа два…- после некоторого молчания в задумчивости протянул Андрей.

-Что?- взволнованном голосом произнесла Надя.

-Он говорит, что мы спускались два этажа,- пояснила Таня, и вынула из маленького рюкзачка фонарик,- я не заметила выхода на нулевой этаж, а значит, это просто очень глубокий подвал.

Друзья огляделись по сторонам. Подвал городской больницы меньше всего напоминал это помещение. Душное, полутёмное, но с добротными деревянными дверями и истёртыми турецкими коврами. Будто и здесь когда-то был театр – в углах валялись какие-то квадратные бумажки, вырезки из газет… Ровно напротив шахты лифта была открытая дверь, а за ней коридор – и в конце мигала лампочка.

-Ну пошли,- сказал расслабленно Дима,- Андрюх, включай свою бандуру…

Андрюха спохватился, снял крышку с объектива и включил камеру.

-Итак, наше путешествие в кошмар начинается. Никто не знает, что нас ожидает здесь, в этом стрёмном помещении, в котором, по слухам, пропадают люди…

Смотря в плазменный экран, Андрей сделал несколько шагов к открытой двери. Друзья пошли вслед за ним. Коля обернулся и посмотрел на будку охранника, располагающуюся рядом с шахтой лифта. Этот угол был затемнён, но в будке угадывался силуэт человека – он перебирал какие-то бумаги или переключал что-то.

-Ну что встал?- неожиданно спросил Диман и подтолкнул его к двери. Коля в последний раз глянул назад, и с трепетом понял, что здесь ему что-то не нравиться…

Они шли по, казалось бы, нескончаемому полутёмному коридору. Он заканчивался дверью, но за ней оказывался ещё один коридор… Они шли и шли, держась вместе: впереди Андрюха с камерой, чуть сзади Дима, потом Надя, держащаяся всеми силами за Колю, и конец замыкала Таня. Она водила фонариком по тускло освещённым стенам и истёртым красным ковровым дорожкам. Она глядела мрачно на спины идущих впереди.

Так, молча, они шли около получаса, и их общее молчание нарушалось лишь комментариями Андрюхи, который старался уловить каждую деталь. Но, в конце концов, и он не выдержал:

-Мы снимаем фильм ужасов, а не экскурсию по театральным коридорам! Почему все молчат? Почему ничего не происходит?

-Да,- уверенно сказала Таня,- должно что-то произойти.

И все встали, прислушиваясь. Секунда, две, три…

Где-то в противоположной стороне, за сетью ответвлённых коридоров раздался бой часов с кукушкой. Пустынно и неестественно в этом месте.

-Нам туда!- сказал радостно Дима и напролом пошёл в ту сторону.

Он оглянулся. Друзья стояли в задумчивости. Только сейчас каждый из них понял, что они и рады были бы идти так, молча, гулять по этим выцветшим театральным коридорам, а потом вызвать лифт и вернуться наверх. Все одновременно и хотели, чтобы что-то произошло, и боялись этого.

-Ой, да бросьте вы!- возмущённо смеясь, сказал Дима,- это ведь всё не по-настоящему! Мы заплатили деньги чтобы нас как следует напугали! И всё! А вы стоите здесь и не хотите… Это же просто смешно! Приключения начинаются!..

Из толпы вышел Андрюха с камерой и навёл её на лицо друга:

-Вот он наш герой, тот, кто поведёт нас прямиком в ад, навстречу невиданному, тому, что скрывают эти стены…

Так и не смотря по сторонам, уткнувшись в плазменный экран, Андрюха сделал несколько шагов вперёд.

-Или если хотите, мы можем разделиться…- предложил Дима,- мы с Андрюхой пойдём туда, а вы походите по коридорам, никуда не заходя… Встретимся у лифта через полчаса. Часы-то они у нас не забрали…

-Да, идея неплохая…- сказала Таня и повела фонариком по потолку. В нескольких местах с него капала вода.

-Ну вы даёте!- возмущённо сказал Коля,- вы что, совсем ужастики не смотрите? Нам ни в коем случае нельзя разделяться…

-Вот именно,- сказал Дима,- мы-то как раз смотрим. И мы знаем, почему ни в коем случае нельзя разделяться… Мы любим ужастики. И знаешь почему? Потому что нам нравиться риск! Мы живём им. Это ты… Ты уж не тот.

Дима махнул рукой и пошёл вслед за Андреем. Надя тут же схватила Колю за руку, сильно стиснув её, и умоляюще посмотрела ему в глаза. Но Коля был заметно разозлён. Желваки ходили по его лицу, будто ещё одна секунда, и он крикнул что-нибудь им вслед.

-Коля, ну правда, нам нельзя оставаться здесь одним… А вдруг с ними что-нибудь… А вдруг с нами что-нибудь случиться? Коленька, ну пожалуйста!

Но Надины мольбы только раздражали парня. Колян, тот самый отчаянный человек, который прыгал с моста на тарзанке, который участвовал в уличных драках… и уже не тот! Разнежился, предал своё сумасшедшее увлечение. Будто он больше и не парень теперь, а сопливая баба…

-Коль, ну правда! Я не хочу оставаться здесь одна!- и Надя побежала за Димой и Андрюхой, чьи спины ещё маячили вдалеке.

Коля ожесточённо сплюнул и твёрдым шагом направился за своей девушкой.

-И что ты в ней нашёл?..- тихо спросила Таня, освещая путь тусклым фонариком.

-Да ничего, дура она!- резко ответил он, но потом, после некоторого молчания, вздохнул и сказал,- а вообще, она как ребёнок. Простая такая, искренняя, добрая, нежная… её прям защитить хочется.

Таня примолкла, свет фонарика опустился на пол.

-Значит, тебе хочется кого-то защищать? Тогда понятно. Я уж ,конечно ,для этих целей не гожусь.- совсем тихо проговорила она.

Через несколько минут им всё же удалось нагнать отделившуюся группу. Они стояли на месте, переминаясь с ноги на ногу, рассматривая закрытые двери по бокам коридора. Коля первым делом глянул в лицо Димы, но оно было безразлично. Тот, видимо, уже не винил бывшего друга в малодушии, ведь тот пришёл за своей девушкой. Надя стояла у стены, кутаясь в тёплую шаль, накинутую на плечи.

-Я уж боялась, что ты не придёшь,- сказала она жалостно и прижалась к Коле.

Таня с отвращением отвернулась.

-Итак, что мы имеем,- сказал решительным голосом Диман,- источник звука мы потеря благодаря действиям некоторых наших… товарищей. Вопрос остался открытым: что мы будем делать?

-Можно заглянуть в одну из этих дверей,- сказал Андрюха и показал на дверь объективом камеры.

-А что? Идея вполне здравая,- Дима пожал плечами.

-Должны же мы хоть когда-нибудь это сделать?- Андрюха толкнул ногой дверь, которую приметил камерой, но она не поддалась. Он состроил скептическую мину и боком подошёл к следующей двери,- А ну откройся, сезам!

Он со всего размаха ударил в дверь ногой, и дверь с грохотом распахнулась. За ней была темнота, пахнущая сыростью и каким-то еле различимым цветочным запахом. Друзья замерли на пороге, не решаясь войти. Тут бледный луч фонарика скользнул вовнутрь и выхватил из темноты стоящий прямо напротив них плетёный стульчик и плотно забитое досками окно.

Таня прошла мимо столпившихся у двери парней и шагнула в комнату:

-Ну, что встали?- она откинула чёлку с глаз,- помогите мне найти выключатель.

Её решительный голос внушил в них уверенность, и парни вошли в тёмную комнату. Дима озирался по сторонам, Андрюха молча снимал маленькую комнатушку в «ночном режиме» – всё бледно-синее. Коля, стоящий у входа, шарил рукой по стене.

-Чёрт!- крикнул он, и все вздрогнули.

Луч фонарика тут же скользнул к нему – Коля наткнулся в темноте на большого пушистого мишку, сидящего на витом маленьком шкафчике. У мишки не было одного глаза.

-Люди, смотрите,- сказала странным голосом Таня и подошла к игрушке. Старый одноглазый мишка, сидящий в неестественной позе, прижимался вывихнутой лапкой к выключателю.

Таня убрала игрушку и поднесла палец к выключателю.

-Нет!- слабо вскрикнула Надя, и свет включился.

Маленькая стеклянная лампа, висящая под потолком, осветила эту тесную комнатушку – она была словно уменьшена в размерах. Маленькая витая кроватка, тумбочка с потрескавшимся зеркалом в овальной раме, жёлтые тревожные обои с улыбающимися утятами… И окно. Жестоко и плотно заколоченное.

-Что за фигня?..- прошептал Андрюха, опустив камеру.

Он спрятал её и подошёл к окну. Рама, подоконник… Он взялся за одну из досок и начал раскачивать её. Гвозди раскачивались и с каждым толчком отходили от деревянной рамы, и вот доска с треском отломилась. И тут же выпала из рук – за досками была стена. Наскоро сложенная кирпичная кладка. Все замерли, смотря на это – уютная детская комнатка с замурованным окном…

-Но зачем?- прошептала Надя, выходя вперёд,- Зачем кому-то понадобилось замуровывать окно… а потом заколачивать его?..

Лицо Андрея помрачнело. Все беспомощно озирались по сторонам.

-А чтобы нам страшнее было!- злобно сказал Дима и отвернулся,- если здесь больше ничего нет, пойдём дальше.

Но никто и не думал уходить – всем хотелось больше узнать об этой маленькой комнате. Таня подошла к шкафу, на котором сидела неприятная игрушка, и начала открывать ящички. Друзья обступили её, также желая ознакомиться с содержанием детской. В первом ящичке лежали аккуратно сложенные платьица, во втором – высохшие цветы с отломанными головками и металлический ключ, который Таня тут же спрятала в карман, в третьем – цветные карандаши и перевёрнутая фоторамка с надписью «Папочка». Таня засунула фонарик в карман и перевернула рамку. Это был стройный мужчина с аккуратной бородкой, в белом костюме… и без глаз. Старая чёрно-белая фотография с выжженными глазами – будто кто-то не раз тыкал в них непотушенные спички.

-М, мило.- сказал равнодушно Дима.

Но Таня не положила фотографию назад. В стекле, закрывавшим фоторамку, она увидела еле слабое отражение. Она повернулась – на стене за плетёным стулом была мелкая карандашная надпись. Девушка подошла ближе и присела на корточки.

-«Я слышу его»,- прочитала Таня,- у кого-нибудь есть соображения?

Андрюха подошёл и посмотрел на надпись сверху вниз.

-Возможно, секрет в том, что здесь указано направление?- он показал на еле видную стрелочку, упирающуюся в противоположную стену.

Друзья посмотрели на пустую стену. На ней даже не весели картинки в круглых рамочках, которые были рядом с кроваткой и тумбочками.

-Она лежала и смотрела на эту стену,- сказала безрадостно Таня,- её кровать прямо напротив стены, на которой ничего нет.

-Ну, не совсем уж она пустая,- сказал сконфуженно Коля, стоящий как раз напротив неё,- тут написано: «Он тут».

Андрюха, спохватившись, включил камеру и начал снимать карандашные надписи, упираясь объективом в лица друзей, озадаченных увиденным. Стена и в самом деле казалась неестественно пустой, и лишь тоненькая маленькая надпись: «Он тут».

-Блин, нехорошо это всё как-то!- запричитала Надя, ожесточённо наматывая на пальцы шаль.

-Да ладно вам!- успокоил Диман,- сейчас сходим в противоположную комнату и разберёмся… Если эта девочка что-то и слышала, то наверняка оттуда.

Все молча согласились с ним. Что бы их там не ждало, это было гораздо лучше неизвестности. К тому же они все вместе, а вместе не так страшно.

Они вышли из комнаты, не погасив свет, но закрыв дверь. Даже через столько лет она казалась ещё обитаемой, будто девочка лишь на время вышла из комнатки.

-А знаете, мне кажется, этот старикашка нам врал,- сказал твёрдо Андрюха, снимая спины друзей,- он сказал, что это бывшая больничка, а мне вот так не кажется.

-Да уж, на больничку меньше всего похоже… Может, театр какой-нибудь, или просто дом чей-нибудь,- невпопад говорил Коля, сжимая руку Нади, которая лишь ниже опустила голову.

Следующая дверь оказалась намного дальше, чем предполагали друзья – через несколько метров от детской. Она была большой, из какого-то дорогого дерева, внушающего солидность, так, что вначале все засомневались, что им удастся открыть её. Дверь была заперта на замок.

-У меня есть ключ,- сказала Таня и вставила его в замочную скважину,- сейчас попробуем.

Маленький ключ повернулся в ней несколько раз, и замок щёлкнул. На этот раз не было желающих зайти первым. Они только светили бледным лучом из светлого проёма двери в темноту.

Но ничего не было.

Они стали ждать: секунда, две, три…

Тишина.

-Да нет там никого!- сказал весело Диман и вошёл внутрь. Щёлкнул выключатель, и под потолком начали загораться длинные лампы.

Эта комната была большой и просторной, уходящей одним концом дальше вдоль коридора. По бокам у неё стояли шкафы со стеклянными вставками, за которыми угадывались книги и графины с коньяком. В самом дальнем конце комнаты находился массивный письменный стол с какими-то папками, обтянутыми резинками, с деревянным гнутым манекеном и ручкой-пером.

-Бинго!- воскликнул Дима и открыл один из шкафов, стоящих по бокам,- коньячку не желаете?

Он встряхнул остатками жидкости, бывшей в одном из графинов.

-Я бы не советовала бы,- с усмешкой сказала Таня. К ней снова возвращалась уверенность.

Эта комната была немного не такой, какой все ожидали себе её увидеть. Большое, пропитанное запахом сигар и дорогого коньяка помещение было несомненно кабинетом самого главного человека в этом странном здании. Лишь небольшое недоумение вызывал большой, во всю стену, чёрный шкаф, стоящий как раз боком к двери, в которую они вошли.

-Надя, солнышко,- нежно прошептал Коля и прижал её к себе,- ну? Всё хорошо? Видишь, мы все вместе и ничего страшного здесь нет. Это просто как головоломка…

Таня злобно глянула на любовников и отвернулась к шкафу. Ей показалось, что откуда-то с той стороны тянуло холодом… Она начала ощупывать деревянные вставки, выпирающие из дверок шкафа.

-Эй, парни,- позвал Андрюха, разглядывающий бумаги на письменном столе,- здесь, оказывается, тайна, покрытая мраком!

Коля ещё раз чмокнул в щёчку Надю и отошёл к столу.

-Колян, ты лохонулся!- торжественно произнёс Андрей, наведя объектив камеры на него,- это всё-таки больничка! Тут документы и больничные карты… Только больные здесь все… неизлечимые.

-Типа как подвал хосписа?- спросил Диман, устраиваясь в кресле напротив одного из боковых сервантов, допивая коньяк из горлышка.

-Да…- в задумчивости произнёс Андрюха,- видимо, неизлечимые настолько, что их умерщвляли преждевременно. Над ними проводили опыты… лоботомия, новые транквилизаторы… А потом, наверно, я так думаю, списывали на естественную кончину.

-Всё!- резко сказал Коля, перегнувшись через стол,- вот это уже настоящий бред! Какие лоботомии? Какие транквилизаторы? Какая, к чёрту, больничка? Вы сами всё видели – ни в одной хирургической больнице нет таких длинных коридоров, нет ковров и картин Босха! Это полная…

-А теперь смотри сюда,- сказал Андрюха протянул ему фотографию в рамке,- это медицинский персонал – всего двадцать человек. А теперь внимательно приглядись к картинкам, которые висят у них за спинами… А? Что это? Картинки с органами, а слева от них… или справа… там хирургические приборы! И стоят, лыбятся так…

Коля нахмурился, разглядывая большую фотографию. Андрей же отложил камеру и снова принялся разбирать архивные папки – истории болезней на каждого обречённого.

-Всё равно… Фотку могли подложить…- в своё оправдание сказал Коля, продолжая вглядываться в лица врачей.

-Ой, парни, я на вас поражаюсь!- сказал весело Диман,- особенно на тебя, Колян. Шерлок Холмс, блин… Разве вам не понятно, что это всё просто шутки ради? И забитые окна, и врачи-живодёры… Вам разве не страшно?!

Колян хмыкнул и положил фотографию на стол. Дима довольно поёрзал в скрипучем кресле, оглядывая серванты с графинами и толстыми корешками книг, стены с чёрно-белыми портретами… Эта комната уж никак не напоминала вместилище ужаса, о котором так красноречиво написала на стенах маленькая девочка.

И это было главной задачкой.

Таня решила не обращать внимания на смазливую Колину девушку и принялась за изучение шкафа. Она поняла, что зря пошла на это – постоянно наблюдать Надю с человеком, которого она когда-то любила. И, чтобы хоть как-то занять себя, она решила вовлечься в расследование, которое подразумевалось под каждой мелочью в месте, предназначенном для страха и ужаса тех, кто попал сюда.

Андрею, видимо, надоело копаться в бумагах, или он мысленно уже согласился с Колей. Коля отвернулся от стола и пустым взглядом наблюдал в углу большие часы с маятником, отмеривающим своими замершими движениями время. Коля посмотрел на свои часы. Маятник отставал или шёл вперёд: 5:50. Диман сидел кожаном кресле и смотрел на серванты с бутылками. Надя стояла у входа, она так и не смогла заставить себя пройти в комнату-вглубь этой просторной длинной комнаты, где стоял массивный письменный стол с фотографией улыбающихся врачей.

-Есть!- с другого конца комнаты крикнула Таня, что-то щёлкнуло, но в следующий же миг шкаф, эта огромная чёрная громадина, с грохотом повернулся, увлекая за собой девушек. Надя вскрикнула – в последний раз.

-Надя!- не своим голосом крикнул Коля и подбежал к шкафу.

Он с силой распахнул створки, но за ними нечего не было.

-Надя!- ещё раз крикнул Коля, отчаянно ударяя кулаками по внутренней стенке.

В кресле, на другом конце комнаты хохотал Дима:

-Всё, приключения начинаются!

Коля повернулся к нему и сказал:

-Слушай, придурок безмозглый, радуешься, что это случилось не с тобой?

Кулаки его сжались.

-Всё, брейк!- поспешил выкрикнуть Андрюха,- ничего ещё пока не произошло! Они же не погибли, они просто попали в промежную комнату… Ту, что между детской и этой. Если нам не удастся открыть эту потайную дверь, можно поискать в другом месте…

-Слушай, умник! Может ты и поищешь?- пружиня на одном месте говорил Коля.

-Люди!- обиженно сказал Андрей,- что нам сейчас ссориться? Мы их обязательно найдём, в конечном счёте, здесь нет нашей вины…

Парни вышли из комнаты пошли по коридору. Следуя логике, из этого коридора будет вести ответвление – то, что будет проходить с противоположной стороны от этих комнат.

И они пошли вперёд, изредка заглядывая в открытые двери – это были кафельные ванны, опустевшие кабинеты с перевёрнутыми столами…

Когда Таню с Надей с неимоверной скоростью выбросило в промежную комнату, куда закинул их развернувшийся шкаф, они упали на пол и с минуту не смели даже двинуться. Но в отличие от Нади, Таня знала, куда они могли попасть.

-Где мы?..- совсем тихо сказала Надя, сомневающаяся, что её кто-нибудь слышит.

-Мы в средней комнате, похоже,- зашуршала в темноте Таня и щёлкнула фонариком,- Нарния, блин, и волшебный шкаф…

В свете фонарика показалась Надя, чьи волосы, сбрызнутые лаком, теперь взбунтовались на голове, а лицо скривилось от яркого света.

-И что нам теперь делать?- спросила она как человек, которого только что разбудили.

-Как всегда – найдём выключатель и разберёмся,- сухо сказала Таня.

Помещение это было холодным и даже влажным, пол был уложен сиреневатой плиткой, а луча фонарика не хватало, чтобы осветить его всё. Таня уже в который раз похвалила себя за решение взять с собой фонарик – чтобы они все без него делали…

Как только свет был включен, девушки обнаружили себя в большом помещении, гораздо больше кабинета, из которого они попали сюда. И это было гораздо странней всего, что они уже успели увидеть в этом здании. Помещение было сплошь уложено бледно-сиреневым кафелем, у противоположных стен стояли железные шкафы, а посередине стояли шесть железных столов – рядом с каждым раковина и большая круглая лампа. Посередине помещения был еле заметный сток.

-По ходу, это операционная,- сказала Таня, пряча фонарик,- значит, парни были правы.

-Значит, здесь проводили лоботомии? И резали мозги? Слушай, давай уйдём отсюда… здесь так… холодно!

Таня усмехнулась про себя. Как бы не было это помещение неприятно, но желание попугать девушку у Тани было сильнее.

-А что, интересно, в этих железных шкафах?- спросила она заинтересованно,- уж не трупы ли?

Надя промолчала, пытаясь сдержать рвотные позывы. Она сильнее намотала шаль на кисти рук и отвернулась на всякий случай, когда Таня взялась за металлические ручки шкафов. Шкаф скрежетнул и распахнулся, позвякивая чем-то висящим внутри.

-Не плохой набор, Надь!- крикнула ей девушка,- какие-то прутики и… крючья! Как думаешь, зачем?..

-Тань, пожалуйста!- сказала Надя и прижала ладонь, обмотанную шалью, ко рту,- Уйдём отсюда! Я хочу обратно!.. К Коленьке!..

Последнее слово настолько шокировала Таню, что она без лишних разговоров вышла из операционной. «Коленька!»- думала Таня гневно, сжимая кулаки. Это было уже выше всего, и она прониклась таким сильным отвращением к Наде, каким только возможно было.

Она услышала, как сзади её нагнала Надя и, замедлив шаг, поплелась позади. Таня вспомнила Колино лицо, и на глазах у неё выступили злые слёзы. Она судорожно подняла руку и стёрла их. Надя, подняв голову, заметила это, и через некоторое время робко сказала:

-Это не моя вина, просто… Просто мы любим друг друга…

-Да за что тебя любить?..- злобно прошептала Таня,- ты, что ли, страховала его в самых опасных трюках, ты вытирала ему кровь, когда он приходил после драк?.. Ты вытаскивала его из обезьянника, когда он по глупости туда попадал? Ты даже не знаешь, что такое настоящая преданность и любовь…

Надя посмотрела ей в спину и сказала твёрдо:

-Пусть так… Но я его никому не отдам.

Таня сдавила зубы, но ничего не ответила.

Так они и шли по безлюдным коридорам с настежь распахнутыми дверьми, за которыми были однотипные тесные палаты какого-то тюремного образца – двери с маленькими окошечками и сломанными замками. Надя постепенно расслабилась, решив, что последнее слово осталась за ней. Она чувствовала облегчение от того, что, наконец, смогла отстоять свои чувства. И через некоторое время девушка чувствовала себя уже абсолютно спокойной и уверенной.

-Слушай, мне нужно… на минутку. Сюда.- сказала Надя, указав на одну из открытых дверей.

Таня уже хотела спросить: «Что, дома не могла сходить?!», но промолчала.

-Подождёшь?- спросила Надя и ушла за угол комнаты.

Таня усмехнулась и отвернулась, посмотрев вглубь коридора. Коридор – обычный, больничный коридор без ковров, с истертыми деревянными полами. И Надя шуршит где-то в чужой комнате, присаживаясь на корточки.

Таня ещё раз огляделась в обе стороны, а потом быстрым бесшумным шагом направилась вперёд. Чем дальше она отходила от комнаты, где оставила девушку, тем быстрее становился её шаг.

Пустынные гулкие коридоры дрожали перед ней, и вдруг…

Шорох.

Таня, вздрогнув, замерла и резко обернулась назад. Ей показалось, что сзади промелькнул кто-то маленький, спрятавшись за дверью. Таня нервно дёрнула головой и сделала шаг. В следующую же секунду пол рядом с ней дрогнул и раскрылся, и из образовавшейся чёрной ямы вспыхнул огонь. В самый последний момент девушка успела отскочить назад. В квадратном лазе продолжало полыхать пламя, потом его струи иссякли, и пол со стуком встал обратно.

Таня перевела дыхание.

Вот это уже было опасно. Смертельно.

-Таня?..- раздалось где-то вдалеке.

Ничего не ответив, Таня почти что побежала к тому месту, где она оставила девушку. Пальцы на руках у неё дрожали.

-Таня!- укоризненно воскликнула Надя, увидев появляющуюся девушку.

-Я пыталась проверить, нет ли здесь ответвления, ведущего в «театральный коридор»,- сказала Таня как можно более спокойным голосом,- я смотрела в ответвлении, это через пару комнат, но там ничего нет…

Надя испытующе посмотрела на Таню, и той вдруг в голову пришла страшная идея. Она замялась и заговорила нервно:

-Там, правда, ничего нет. Тот коридор никуда не ведёт, там стена. Пойдём назад, и попробуем найти ещё одно ответвление…

Надя смотрела ей прямо в глаза, и, похоже, почувствовала неладное. На её губах заиграла слабая улыбка.

-Я хочу проверить,- сказала Надя спокойно,- вдруг за той «стеной» что-нибудь есть.

И она вышла вперёд, и пошла прямо по коридору. Таня дрогнула, и пошла вслед за ней, кровь у неё в висках билась. «Это не может, не может быть так просто!»- думала она, всматриваясь в складки шали на плечах блондиночки, самоуверенно идущей вперёд.

Теперь Таня пыталась отмерить то место, где она наткнулась на спрятанный крематорий. Она вглядывалась в приоткрытые двери, и вот, вот, буквально в нескольких метрах… Они в нескольких метрах от него!

И вдруг – секунда, две, три…

И откуда-то сзади раздаются крики: «Таня!», а потом «Надя, Таня, где вы?!»

Они близко, они уже идут за ними – ненужные свидетели. Надя останавливается и говорит:

-Слышишь? Они там!..

Таня вся трясётся от ударов собственного сердца, она толкает девушку вперёд:

-Нет, не сейчас… Они не там!..

Ещё один шаг, и ноги Нади замирают над открывшейся пропастью, она вскрикивает… Танины руки дрожат, она толкает девушку в спину. Надя, изогнувшись, с криком исчезает в квадратном лазе.

Ещё секунда – и вверх вспыхивают языки пламени, откуда-то снизу слышны истошные вопли… Таня отскакивает и прижимается к стене. Крики стихают, и пламя постепенно редеет, его гул уходит вниз, исчезая в газовых трубах.

В опустевшем воздухе, вместе с дымком из лаза, веет чем-то горелым и палёной синтетикой. Таня с опаской нагибается над чернотой крематория и говорит торжествующим шёпотом:

-Я его никому не отдам.

Она убила человека! «Надя! Таня!»- зовут парни, они уже совсем близко – бегущие на крики девушки. И тогда Таня понимает, она поворачивается назад и истошно кричит. Она видит, как из-за угла появляются сначала взволнованный Коля, потом Андрюха с камерой и раззадоренный Диман.

-А где Надя?..- непонимающим голосом проговорил Коля, и тут крышка крематория со стуком закрыла лаз за спиной у Тани. Таня вздрогнула. Лицо парня постепенно прояснялось, в глазах загорался огонёк…

-Я… Я ничего не успела сделать!..- дрожащим голосом заговорила Таня,- Коленька, мне так страшно…

Она кинулась ему на грудь, но парень с силой оттолкнул её.

-Почему?!- он схватил её за плечи и потряс,- Почему ты ничего не сделала?.. Почему ты не…

-Я не успела!- зарыдала она,- эта штука! Я даже ничего не успела понять…

-Слушай, Колян, отстань от девушки,- сказал спокойно Диман и положил ему на плечо руку,- в конце концов, это только начало. Всё идёт по правилам. Первая жертва на алтарь страха…

Коля отпустил Таню и повернулся всем корпусом к Диме:

-Да как ты можешь так говорить? Что ты за тварь!..

Он двинулся на Димана, но тот шутливо спрятался за Андрея с камерой.

-Слушай, по-моему, ты воспринимаешь всё слишком серьёзно!- сказал он с насмешкой, помогая Андрюхе навести на его лицо объектив,- это игра, или ты забыл?..

-А по-моему, ты придурок!- сказал Колян и плюнул ему под ноги.

Таня незаметно молчала, прижавшись к стене. Слушая их ссоры, она начала что-то понимать. У девушки в голове поселилось какое-то странное чувство, какая-то скрытая боязнь. «Всё игра, игра…»- думала она, а сама смотрела на спрятанную крышку крематория…

Коля, шатаясь, подошёл к тому месту, где недавно закрылся пол. Он легонько топнул по нему и отошёл в сторону – квадратная дыра открылась, и внутри что-то загудело…

-Надя?..- поражённо позвал Коля, и в следующий же миг вверх поднялась стена из огня.

-Снимай, снимай скорей!- не выдержал Диман, но потом приумолк, глядя в пламя – и ему стало ясно, что выжить с нём практически невозможно… Он замолчал и отошёл в сторону.

Только Андрей, снимающий силуэт Коли на фоне огня, только он вслух высказал то, что все так боялись услышать:

-Нет, там вряд ли можно было спастись. Коль, это бессмысленно…

Пламя потухло, и Колян, оттолкнув плечом Андрея, двинулся назад.

Андрей глянул на Димана, но тот лишь пожал плечами. Они молча пошли вслед за обиженным другом. Таня поплелась за ними, смотря в пол и закусив губу.

Так продолжалось минут двадцать – все молча идут вслед за широкой спиной Коляна, ровно отмеривающего твёрдыми шагами коридор. Молчание напрягало, и Дима, в конце концов, решил хоть как-то подбодрить товарища.

-Колян, слушай… Андрюха дурак просто, ничего с ней, на самом деле, не случилось – будь реалистом… Мы же за это заплатили, зачем нас убивать? Она просто выбыла из игры… Это не значит, что мы теперь должны наматывать круги в печали!..

Коля мрачно глянул на него из-за плеча.

-Да, понимаю, без девушки хреново. Но ты вспомни, как мы раньше оттягивались вместе! Помнишь, как мы на водонапорную башню залезали, и ты лезгинку танцевал?.. Или на вписке у Антона, помнишь, как ты на спор выпил всё пиво, чтобы ему ничего не досталось? И мы тебя потом полчаса откачивали… (Коля улыбнулся про себя) Короче, мы теперь снова команда, и в этом нет ничего плохого! Сейчас мы им тут зададим, сейчас они нас узнают!

-Да, надерём им задницы!- крикнул сзади Андрюха и поднял вверх кулак.

Колян удовлетворительно хмыкнул спереди, и все поняли, что атмосфера наладилась.

-В таком случае, нам, наверно, стоит посмотреть ту комнату, из которой доносились звуки… Это комната, в которую вы попали, когда закрылся шкаф?- спросил Дима Таню.- тогда идём туда.

Таня, робевшая то время, немного успокоилась:

-Там, похоже, операционная была. Вы были правы, что здесь и в самом деле была больница. По крайней мере, очень засекреченная. Если здесь есть два крыла, видимо, жилой и больничный, то это напоминает скорее маленький город. Неужели они так боялись, что их найдут? За опыты над людьми…

Через некоторое время Андрюха ответил:

-Ну, если предположить, что эти опыты спонсировало государство, то они вполне могли позволить себе такое убежище…

Спереди хмыкнул Диман. Но он решил оставить свою точку зрения при себе.

-Дим, а ты, если не веришь, то не порть кайф другим,- обиженно сказал Андрей,- Если это в самом деле игра, тогда нам нужно будет принять её правила. Нужно поверить во всё, что здесь происходит – только тогда от всей этой чухни будет какой-нибудь смысл…

-Поверить, говоришь?- спросил равнодушно Дима.

-Да, поверить! А какой тогда смысл играть? Они хотят нас напугать – пожалуйста, мы готовы! Нужно играть по правилам, или хотя бы притвориться, что принимаешь правила за правду…

-Ну тогда ладно. Значит, мы сейчас пытаемся разобраться в истории засекреченной подземной больнички с врачами-садистами?

-Дима, ты придурок.- равнодушно сказала Таня, на что Дима добродушно хмыкнул.

Друзья вошли в операционную. Большое помещение с высоким потолком, закрытым железными пластинами, со стенами, уложенными холодной плиткой, с блестящими операционными столами…

-Ух-ты!..- вздохнул Андрей и включил камеру.

-Да уж, ничего себе так больничка…- задумчиво произнёс Коля, подойдя к одному из столов,- неужели здесь оперировали сразу шесть человек?

-Почему бы нет?..- тихо спросила Таня, взглянув в Колины глаза. Она пыталась найти в них что-то, и вот под её пристальным взглядом лицо парня дрогнуло, и он отвернулся. Таня подошла к нему ближе.

-Ладно, извини меня, я козёл,- сказал он, повернувшись. И, не зная, что делать, поцеловал её в голову. Таня улыбнулась и промолчала.

-Слышьте, люди, здесь в шкафу всякая хирургическая фигня!- радостно позвал Диман,- как ты сказал, Андрюх? Лоботомии? Да, здесь крюки висят! Это как в книжке про Древний Египет – они там мозги крюками через нос вынимали…

-Лоботомии, которые спонсировало государство?- немного отстраняясь, сказала Таня, она отвернулась, улыбаясь и закусывая губу,- не жирно ли им? Чего они добивались препарированием мозгов… в таком количестве?

-Ну знаешь, гонка вооружения,- промычал Андрюха откуда-то издалека – он снимал дырочку стока в кафельном полу. Между плитками ещё оставались еле видные полосочки засохшей крови.

-Да, создавали искусственный разум, чтобы он помог им захватить капиталистические страны!- с насмешкой сказал Диман, но встретил осуждающий взгляд Андрюхи,- Хорошо-хорошо. Больше не буду. Но причём здесь тогда эта девочка? Ну, комната её – она же должна быть здесь, за стеной…

При упоминании о девочке сердце Тани резко опустилось. Да, тогда, когда она чуть не напоролась на подземный крематорий, она видела что-то…

Она прислушалась. Тихо… И вдруг в гулкой тишине она различила короткий стук воды… Капли. Они падали на кафель откуда-то сверху. Она включила фонарик и пошла на звук, смотря вверх – там на потолке проходили вентиляционные шахты, заросшие пылью. И стук капель – как раз рядом со стеной, особенной именно тем, что за ней находилась детская комната. Другая сторона пустой кафельной стены – и надпись на жёлтых обоях: «Он тут».

«Он тут!»- отдалось в её голове, и на секунду она забыла и о Коле, и о Нади… Там, наверху, не было одного железного блока. Квадратная дыра – точь-в-точь яма спрятанного крематория. Там, в этой пустоте, завывал ветер, оттуда тянуло влажным холодом… Таня встала прямо под ней и попыталась вглядеться в темноту, опустив фонарик, попыталась увидеть что-то в непроглядном мраке. Неожиданно на лицо ей упало пара капель, Таня резко опустила голову, стёрла воду пальцами – и тупо уставилась на них: воды была красной.

Где-то там, наверху, раздался шорох. Таня не раздумывая, схватив фонарик двумя руками, подняла его – и широко раскрыла глаза…

Крик! Андрюха, успевший судорожно навести камеру, захватил лишь исчезающие в потолке дёргающиеся ноги… Наверху что-то забилось, застучало по железу, послышались сдавленные вопли…

-Что за чёрт?!- нервно крикнул Колян, и из рук у Андрюхи выпала камера.

Наверху слышались звуки борьбы – Таня истошно вопила, отбиваясь от кого-то…

-Вашу мать!- рявкнул Диман и подбежал к квадратной дыре. Он увидел какое-то движение, будто что-то большое промелькнуло наверху, и в тот же момент всё стихло на напряжённой отчаянной ноте.

-Быстро! Подвиньте сюда стол, что встали!?- заорал Диман.

Коля, мотнув головой, упёрся всем телом в ближайший операционный стол, он ударил его плечом, но тот так и продолжал стоять на месте. Парень, пыхтя, бился об неподвижные стальные ножки…

-Он… прикручен к полу…- то ли плача, то ли смеясь, сказал Коля и сел на пол, уронив голову на руки.

Дима стоял, пружиня на месте, и смотрел в квадратный лаз.

-Чёрт подери, должен быть выход!- сказал он и повернулся, в глазах его засиял злой огонь,- Мы проигрываем!..

Андрей сел на пол и бережно поднял камеру, нажал «re-play»… На маленьком экранчике отбивающееся тело девушки, охваченное чёрными жгутами, исчезало в потолке раз за разом. Он поднял голову и прислушался. Но было тихо. Будто не здесь это всё произошло, будто им всем одновременно это привиделось…

Капать с потолка перестало.

-Здесь такая хрень,- бесцветно проговорил Андрей, прищуриваясь на светящийся экран,- то ли мощные крюки, то ли длинные… руки… Они схватили её под плечи и подняли.

-Длинные руки? Что за чушь?- недоверчиво спросил Дима и посмотрел на Колю, который бормотал что-то, смотря в пол.

Внезапно со всех сторон что-то загремело, забухало по железным плитам потолка, зажужжало, ударяясь о пыльные шахты… Свет в операционной зарябил… Что-то ломилось вовнутрь, сотрясая стены.

Андрей вскрикнул и пулей вылетел из помещения, Диман выругался, подбежал к Коле и схватил его за плечи, тот попытался отбиться. Тогда Диман направился к двери и сказал: «Здесь ты ей вряд ли поможешь!». Коля глянул на него, тяжело поднялся и побрёл к дверям, сзади него на один из операционных столов рухнула, заискрившись, длинная лампа, и парень выскочил из помещения.

-Что за хрень это была?- пораженно спросил Андрюха, безумно оглядываясь по сторонам.

Будто он только что понял, что произошло на самом деле.

Надя, оказавшись на дне ямы, подняла было голову, но в ту же секунду сверху под косым углом вспыхнули струи пламени. Девушка прижала голову с мокрому полу и завизжала – жар касался её рук, она почувствовала, что вспыхнула шаль, покрывающая её плечи… В исступлении плача и крича, она стащила с себя горящую ткань, и, прижимаясь всем телом к склизкому полу, поползла вперёд.

Она не знала, сколько она так ползла, зажмурив глаза и сдерживая рыдания. Но потом силы оставили её и она легла на свои грязные руки и отплакалась, так и не открывая глаз. Она вытерла опухшее лицо мокрыми рукавами и посмотрела в темноту. Она до сих пор не могла поверить, что осталась жива, тело её саднило от удара о землю, а она совсем не знала, где оказалась… Борясь со страхом, она всё же встала и прильнула всем телом к холодной стене.

Где она оказалась? Надя прислушалась к звукам, различила еле заметное капанье воды… «Канализация?»- подумала она, и тут же вспомнила круглое сточное отверстие посередине операционной. Значит, она в сточном коллекторе? Надя сделала пару шагов от стены, и её нога соскользнула в воду. Девушка взвизгнула и снова прижалась к стене. Буйная фантазия подсказала ей, что вода вполне может быть смешанна с кровью, а может даже, с…

Ей стало противно, и она постаралась не представлять себе это в подробностях. Она медленно, в полной темноте, побрела вдоль стены, надеясь, что не натолкнётся ни на кого… или ни на что. Надя остановилась и отдышалась. Потом, унимая приступы дрожи, осторожными шагами направилась дальше.

Через какое-то время вдалеке замаячили полоски света. Надя прищурилась, стараясь понять, не зажжется ли ей это. Но нет, через несколько метров над её головой появилась решётка, из которой пробивался тусклый свет. Надя встала под ней, прищуриваясь, потом попробовала дотянуться до неё. Она подпрыгнула.

Надежда на лёгкое спасение растаяла. В прыжке девушка могла схватиться за решётку, но поднять и отодвинуть её, конечно, она была не в силах. Надя подумала. Скорее всего, не имеет смысла искать следующую решётку, так как высота у них одинаковая – и она до них не достаёт. Оставалось лишь найти что-нибудь, на что можно было бы встать, чтобы дотянуться.

Надю снова передёрнуло. Что-то. Найти что-то, на что можно было бы встать – в коллекторе… Ей придётся спускаться в воду, шарить в ней руками, каждую минуту опасаясь, что наткнётся на что-нибудь такое, чего она бы не хотела. Однако она пересилила себя и спустилась по колено в холодную воду, пахнущую чем-то тухлым. Она начала шарить в ней ногами, дрожа всем телом. И вот её нога наткнулась на что-то твёрдое. На всякий случай она постучала по предмету с разных сторон, и уж потом опустила в противную воду руки и схватилась за предмет. Он оказался железным.

Когда девушка кое-как вытащила его на поверхность и поставила под решёткой, предмет оказался помятым ящиком с рядом кнопок и переключателей и циферблатом сбоку – стрелки навеки замерли на без десяти шесть. Разбираться, что это такое, у Нади желания не было, она встала на него и уперлась руками в решётку. Она раскачала её, выбила из рамы и отодвинула в сторону. Над ней открылось узенькое окошечко, в которое она еле могла пройти. Но другого выхода у неё не было, Надя подпрыгнула и уцепилась руками за края прямоугольного отверстия, кое-как просунула туда предплечья, и, качаясь всем телом, стала пролезать наружу. И когда уже половиной тела она была уже наверху, она услышала, как снизу кто-то приближается к ней, шлёпая ногами по воде.

Надя как безумная задёргалась в проёме решётки и пролезла всем корпусом наверх. Ей даже показалось, что кто-то схватил её за исчезающую в отверстии ногу… Надя отползла от решётки и посмотрела в её чёрный зёв. Но никто не появился – было тихо. Девушка с трудом перевела дыхание и оглядела помещение, в которое попала. Это была ванная комната, с тесными кабинками, разделёнными облицованными стенками. Бортики у некоторых были отбиты.

Надя вздохнула и вытерла пот со лба. Уже полчаса она была в беспредельном напряжении – на волосок от смерти. Теперь оставалось только выйти наружу и поискать своих. Но она до сих пор не могла поверить в то, что Таня хотела её убить… Это так странно: ощущать себя жертвой, чудом спасшейся от неминуемой смерти. Станет ли Таня пробовать убить её снова? Если они останутся наедине? Надя подумала об этом и поняла, что в этом здании появился ещё один повод бояться…

«Путешествие в кошмар» постепенно начинало себя оправдывать.

-Что мы теперь будем делать?- безразлично спросил Колян, шатаясь по ходу.

Андрюха шёл, опустив камеру. Он раз за разом прокучивал в голове эту сцену… Почему-то на ум всплыли Танины слова, когда они нашли её рядом с огненной ямой.

«Эта штука! Я даже ничего не успела понять…»

Эта хрень, она невероятно быстрая, она безжалостная и…

-Если честно, я не знаю,- отозвался Диман, разведя руками,- её утащили наверх. А я ещё не видел ни одного входа на верхний этаж. Да и стоит ли?.. Вы же сами всё слышали…

-Дима, ты же говорил,- выдавил из себя Андрей,- ты говорил, что это всё игра!.. Что это всё понарошку…

-А я и не отказываюсь от своих слов,- неожиданно уверенно сказал Дима,- она выбыла из игры! Да! Я не отказываюсь – ещё одна жертва!..

Андрюха не выдержал и навёл на его лицо камеру, злобно прошипев в неё:

-Вот, посмотрите, дорогие мои! Я к чертям собачьим не знаю, что здесь происходит, но, тем не менее, не позволяю себе такого цинизма по отношению к друзьям! Этого хрыча не интересует их судьба, они для него лишь реквизит, реквизит для игры, удовлетворяющие его кровожадные…

На мгновение Андрюха замер. Дима, хмыкнув и толкнув его плечом, прошёл мимо, а парень так и стоял с камерой посередине коридора.

Там, в самом конце, стояла маленькая девочка. Она беспечно водила ножкой по косяку одной из открытых дверей. Андрюха сглотнул и перевёл взгляд с экрана камеры на коридор. Коридор был пуст. Андрюха снова опустил глаза в камеру и увидел её – девочка медленными лёгкими шагами, будто танцуя, шла к нему. Парня пробила явна дрожь, камера в руках заплясала…

-Ну что завис?- раздался спереди грубый Димин голос, и Андрей машинально повернулся к нему, но тут же глянул на экран камеры… Она была перед ним!

Камера выпала из рук, и Андрей с минуту стоял на одном месте, широко раскрыв глаза.

Дима осторожно подошёл к нему и потрогал за плечо, и от этого Андрюха просто подпрыгнул на месте, и развинченной походкой поспешил вперёд, шепча:

-Пошли… Пошли отсюда… Срочно, все… пошли отсюда…

-Что случилось?- спросил настойчиво Коля, схватив друга за руки,- что ты видел?

В Колиных глазах выразилась такая мука, что сразу стало ясно, что он поверит всему, что ему скажут… Дима, наблюдая эту сцену, не знал, что ему делать. Он никого не видел и не слышал, а его друзья, оба, выглядели как настоящие психопаты. Дима в задумчивости поднял камеру и, закрыв её, сунул в руки Андрею. Тот машинально спрятал её в чехол и сглотнул, оглядываясь назад.

Уже потом Диман сообразил, что нужно было бы посмотреть запись…

Но они шли и шли по коридору, чувствуя, что какая-то неведомая сила гонит их прочь. Андрюха молчал, руки его тряслись. Коля, наоборот, шёл твёрдым шагом. Глупо это признать, но он снова почувствовал ответственность, лежащую на нём – за Андрюху. Дима шёл в задумчивости, пытаясь как можно более рационально объяснить себе только что произошедшую сцену…

Они шли до тех пор, пока путь им не преградила настежь открытая железная дверь. Надпись на табличке: «Кабинет опытов». Коля осторожно прикрыл её, но всё же не вытерпел, чтобы не заглянуть в неё. Друзья осторожно вошли в кабинет… Большая комната, так напомнившая им институтские аудитории – с рядами пустых парт и большим профессорским столом и доской над ним. К доске были прикреплены плакаты, показывающие порядок вскрытия: вскрытие черепа, удаление диафрагмы… Рёбра, развёрнутые как крылья бабочки, и находящаяся между ними мешанина органов… Но особое внимание привлекал предмет, накрытый белым холстом – какой-то объёмный стенд, стоящий на столе.

В аудитории пахло чем-то сладковато-тошнотворным, но парни не могли удержать себя, они всё ближе подходили к профессорскому столу. В помещении стояло вязкое напряжение, пустые парты загипнотизировано всматривались в друзей, в каждое их движение. Дима подозрительно осмотрел их. Коля подошёл к стендам и начал с конца – он трогал старую мягкую бумагу с нарисованным мясом, с лицом, с которого была снята кожа – и лишь глазные яблоки удивлённо взирали на него. И вот его рука добралась до закрытого стенда, взялась за грубую ткань…

-Нет!..- сдавленно вскрикнул Андрюха, и Коля устало посмотрел на него,- не надо… слушай, отойди, а?..

На лице Андрюхи вырисовывался ужас, и Коля послушно отошёл от стенда, хотя руки у того уже дрожали.

-Да что вы, в самом деле?- спросил возмущённо Дима и решительным шагом направился к стендам.

Андрей хотел сказать Коле, чтобы тот отвернулся, но не успел. Диман рванул толстое покрывало, будто открыл памятник – и худшие предположения Андрея подтвердились.

На стенде, прикреплённая медными проволоками, висела верхняя часть человеческого тела. Живот был вспорот, и кишки, аккуратно замотанные, располагались рядом, умело закреплённые на доске. Все органы были вынуты и перевязаны проволокой, с них стекала красная слизь – вместо них в опустошённую грудную клетку был помещён включённый фонарик, просвечивающий всё вплоть до горла. Голова была спилена ровно наполовину – только с висков свисали липкие длинные тёмные волосы, и над ними возвышался нетронутый мозг. У Коли дрогнуло лицо, и сердце бухнуло вниз. Лицо в полосках стёкшей крови, но он узнал его… Подруга – та, что, смеясь, страховала его, подруга, которая всегда была такой живой и энергичной – теперь лишь вспоротый кусок мяса.

-Таня?..- спросил он у себя дрожащим голосом, потом перевёл взгляд на Диму,- что теперь?.. что скажешь…

Голос его сорвался. Дима сурово глянул на него.

-Я не откажусь от своих слов,- сказал он и закрыл глаза,- Вы все, похоже, забыли главную идею – напугать нас. И не больше. Никаких призраков, никаких смертей и опасных ловушек…

-А это ты как?- спросил Коля и кивнул головой на расчленённый труп подруги.

-Это подделка. Манекен,- Дима дотронулся пальцем до щеки,- мягкая резина, искусственные волосы…

Андрей посмотрел на него и поражённо покачал головой, рассматривая навеки замершие удивлённые глаза девушки. Коля смотрел на Димины действия, кажущиеся до ужаса неправдоподобными, неправильными…

-Да, подделка! Резиновая кукла! Малиновый сироп!- распалился Дима.- Думаете, это кровь?

Он мазнул пальцем по кишкам и засунул в рот.

Колян не выдержал и вбежал из аудитории. В соседней комнате он упал на колени и блеванул.

Андрей стоял и загипнотизировано смотрел на лицо Димана. Тот так и замер с пальцем во рту. У крови вовсе не был малиновый вкус – это было что-то солоноватое с металлическим привкусом. Коля вынул палец, обтёр об рубашку, поболтал во рту слюну и сплюнул на пол. Андрей молчал.

-Ладно, бред это всё,- сказал спокойным голосом Диман,- но если вам уж так не нравиться, пошли обратно. Вызовем лифт, окажемся в менее пугающей действительности… Ты как?

Дима спросил и положил руку на плечо Андрею и повёл его из аудитории. Тот лишь слабо кивнул.

-Эх, а вообще, круто они это придумали…- мечтательно произнёс Дима,- даже вкус у крови такой… кровавый!..

Если бы Андрюха слушал бы его, он бы поперхнулся. Когда друзья вышли из аудитории, они захлопнули в неё дверь. Но они не сразу обнаружили, в какую из комнат зашёл Колян. Все двери были закрыты, и только через некоторое время за одной из них раздался шорох.

-Эй! Ребята!.. что тут за бред… Дверь закрылась!.. Эй!?

Со стороны одной из дверей послышался настойчивый стук.

-Эй!! Меня кто-нибудь слышит?!

-Коля! Я здесь!- крикнул Андрей и прильнул к двери,- Коля, всё хорошо, сейчас мы её откроем… сейчас, сейчас мы…

-Коля!- рявкнул Диман,- что у тебя там произошло? Говори, что случилось?

-Я зашёл…- нервно отозвался Колян,- а потом дверь закрылась! Сама! Я попробовал открыть, но тут замок…

-Попробуй выбить!- крикнул Дима и отошёл.

-Мать!.. Тут свет гаснет!.. Эй! Какого хрена, люди, помогите… Эй! Эй!! Я не хочу… Я не хочу так же!..

На дверь посыпался град ударов, потом резкий удар ногой – но дверь держалась крепко… Андрей отошёл в сторону и укусил себя за кулак. Дима стоял у стены.

-Всё хорошо, сейчас мы тебя вытащим!- кричал он, а сам стоял, не двигаясь.

-Вашу мать… Свет погас! НЕТ! НЕ ПОДХОДИТЕ КО МНЕ! Я НЕ ХОЧУУ!!!- крик его сорвался в жуткий вопль, в дверь забили, зацарапали, потом с обратной стороны упало что-то тяжёлое, крики продолжались, крики, полные отчаяния… Андрюха укусил себя до крови, и кинулся на дверь и начал биться в неё, ломая руки и истошно вопя.

-КОЛЯ!.. МЫ ТЕБЯ ВЫТАЩИМ!!- орал он в деревянную дверь, за которой всё уже стихло,- Коля, мы тебя спасём! Вытащим, вытащим…

Андрюха в бессилии свалился на пол у двери и продолжал стучать по ней кулаком. Дима смотрел на это в каком-то непонятном ему самому шоковом состоянии. Вид его был ужасен в этот момент.

И вдруг замок двери щёлкнул. Андрей так и сидел с поникшей головой у двери, смотря в пол. Дима подошёл к нему и пнул его ногой.

-Вставай,- осипшим голосом произнёс он и отодвинул его,- мы его спасём!..

Андрей, шатаясь, отошёл от двери, и Диман, нашарив рукой выключатель, включил свет. Под потолком загорелась одинокая закопчённая лампочка, освещая палату на одного человека – всё здесь было перевёрнуто вверх дном, Колян дал последний бой, и он сражался до последнего. Дима пересёк палату поперёк, не заметив, что наступил в лужу блевотины. Он осмотрел стены, пол и потолок. Он отшвырнул в сторону поваленный стол, отодвинул тумбочку… Лицо его было дико и сосредоточено, он рыскал по комнате в поисках какой угодно зацепки….

-Ага!- торжествующе воскликнул он, и глаза его засияли,- вот он! Отсюда ведёт только один выход, и я знаю где он! Видишь эту щель, эту потайную дверцу – только туда! Это в «театральном коридоре»!

И Диман выбежал из комнаты, чуть не сбив Андрюху.

-Ну же?! Мы ещё можем его спасти!..

И парни кинулись по коридору, обратно, тем путём, которым они пришли сюда в поисках девушек.

Теперь их только двое! Обезумленный внезапным энтузиазмом Диман и отрешённый Андрюха, чья камера так и осталась болтаться в чехле… Они бежали по пустым коридорам, нереальным как в компьютерной игре, коридорам с потёртым паркетом, с вымазанными стенами, с закрытыми и приоткрытыми дверями… Вся их бывшая и нынешняя реальность слиплась в один ком, застрявший посреди горла, они уже не знали спят ли они, сошли ли они с ума… Перед глазами у них танцевали все эти сцены – кошмар, на который они согласились сами, за который они заплатили… Но заплатили гораздо больше, чем сами того ожидали…

Они оббежали больничные коридоры и внеслись в знакомый, уже будто родной им «театральный коридор» с его мягкими выцветшими коврами и красивыми обоями… Диман бежал чуть впереди и отсчитывал комнаты… Одна, две, три… Стоп!

Он резко становился и изо всех сил толкнул дверь ногой так, что она чуть не вылетела из петель. Они вбежали в неё и остановились. Какая-то жилая комната – с ложными шторами, удобной мягкой кроватью, с аккуратной тумбочкой и лежащими на ней толстыми книгами… И ничего. И ничего. Нет следов борьбы, нет крови… Распалённый Диман налетел на кровать, сдвинул её в сторону… потом упал на колени перед стеной.

-Она должна быть здесь!- в исступлении крикнул Диман и начал срывать обои.

Обои с треском отрывались, как старая кожа, обнажая поверхность стены… И вот она! Дверца, в которую должен был угодить Коля, правда, с одной отговоркой. Ничего не было, и обои остались нетронутыми.

-Что за чёрт?- злобно крикнул Диман.- Что за чёрт?! Это должно быть здесь, это должно быть!..

Секунда, две, три… И где-то с другой стороны, в больничном коридоре, раздаётся голос…

Голос Коляна.

«Я здесь! Эй?! Меня кто-нибудь слышит?..»

Дима и Андрей медленно переглянулись.

«Я здесь! Эй!»

Дима сорвался с места и выбежал из комнаты.

-Это безумие, просто безумие!- крикнул он бегущему вслед Андрею, а тот почему-то смеялся.

«Меня кто-нибудь слышит?»

-Колян! Мы идём, мы здесь!- заорал Диман весело, вбегая в больничные коридоры,- Андрюх, этот сукин сын тебе никогда не говорил, что до смерти боится темноты?..

Запыхавшись, они еле отыскали ту комнату, откуда исчез Колян, и, как видно, где и оказался. Ещё чуть-чуть! Они оба стиснулись в тёмную дверь, включили свет и замерли на месте.

Комната была пуста, и лишь на перевёрнутой Димой кровати стоял старинный граммофон. С небольшим заеданием он прокручивал по кругу чёрную пластинку, кричащую Колиным голосом одну и ту же пустую фразу: «Я здесь! Эй? Меня кто-нибудь слышит?.. Я здесь!» Парни замерли на входе, всматриваясь в этот странный предмет, исторгающий из своей воронки человеческий голос, каким-то чёртом попавший в неё…

-Вот это…- пальцем показывая на пластинку, сказал отрешённо Андрюха,- вашу мать… это же… он не настоящий!..

Губы у него задрожали. Дима подошёл к граммофону и со злостью пнул его ногой. Игла соскочила с пластинки с жужжащим звуком, и воронка искривилась. Голос замолк.

В коридоре замигал свет – широкие люминесцентные лампы под потолком рядами загорались и включались с еле слышным треском.

-Нам нужно сваливать отсюда!- сказал злым голосом Диман и потряс Андрюху, схватив за плечи.

Они выскочили в тусклый коридор, повернулись, ища выход и…

-Нет! Нет-нет-нет!..- запричитал Андрюха таким визжащим голосом, что становилось страшно хотя бы от этого.

Там, в конце коридора, где должен был быть выход, за тусклой мигающей лампой, в полуметре над землёй висело грузное тело. Колян, этот мощный человек, три года занимающийся в спортзале, теперь безвольно висел под потолком на множестве тонких ниточек.

Диман, подозрительно пригнувшись, медленным шагом направился к выходу. Лампа мигала. Андрюха шёл, держась за стену, и опустив вниз глаза. Дима подошёл совсем близко и всмотрелся в нависшее над ним лицо. Только сейчас стало видно, что нитки цеплялись за брови, нос, веки, губы, нижнюю челюсть… Дима отошёл, пропустив вперёд Андрюху, так и не поднимающего глаз, и оглядел всю картину целиком. Нитки, прочные и тонкие, проходили через кожу на запястьях, шее, плечах и ногах. Все они были равномерно натянуты, и казалось, что Колян просто спит, вися в воздухе. Он опустил глаза и увидел жестяную коробку, стоящую у Коли под ногами, - на ней был циферблат с остановившимися стрелками, кнопочки и переключатели. Диман поднял глаза на висящий труп – у того в ладони были зажаты наручные часы.

-Сколько там времени?..- спросил Дима и подтолкнул вперёд Андрюху. Тот, стараясь не поднимать глаз выше, взял холодную руку и перевернул её.

-Без десяти шесть…- прошептал он.

-А щас сколько?- спросил Дима, хотя у него у самого были часы.

-Сорок девять минут…- загробно промямлил он, и потрясённо сделал шаг назад, подняв глаза на Колино лицо. Оно было неподвижно и безмятежно.

Вдруг что-то в коробке щёлкнуло, и в момент всё изменилось – Колины веки сильно натянулись, неестественно обнажая белые шары глазных яблок, губы растянулись в кошмарную улыбку. Коля посмотрел на друзей длинным ненормальным взглядом, чуть наклоняя голову, и тут из коробки под его ногами зазвучала какая-то старая танцевальная музыка, всё его тело разом дёрнулось. Нитки поочерёдно натягивались, заставляя открываться и закрываться рот, дёргаться безвольные руки и ноги, оттягивая кожу, – будто Колин труп неестественно и страшно изгибаясь, танцевал под музыку. Андрюха, стоящий в этот момент прямо перед ним, издал какой-то странный стонущий звук и обмочился в штаны.

Диман, безумно округлив глаза, понял, что поступил правильно, сделав пару шагов назад – сердце у него больно ёкнуло. Песню в жестяной коробке зажевало, она со странным звуком замедлилась и остановилась, и в это же время нитки опустились, и Колян замер со страшной клоунской рожей на лице. Андрюха так и стоял в мокрых джинсах, не смея шелохнуться.

Диман перевёл дыхание и осторожно зашёл сбоку к Андрюхе. Он увидел его лицо – влажные глаза дрожат, рот открыт и из него течёт слюна. Он снова издал какой-то отчаянный звук, не сходя с места и чуть наклонив голову.

-Всё, приятель, уговорил,- сказал испуганно Диман,- Сваливаем отсюда! Сваливаем!

Он схватил его и протолкнул вперёд, мимо изуродованного друга, он толкал его вперёд по коридору, а у того еле передвигались ноги.

-Мать вашу!- заорал Дима, пытаясь удержать друга,- Вашу мать!! Ты хотел этого – пожалуйста! Я сдаюсь! Я беру все свои слова обратно!!.. Но, к чертям собачьим, не может же это быть правдой?!

Надя, выйдя в коридор, поняла, что она всё ещё в больничном крыле. Но сейчас она была гораздо дальше, чем это можно было бы себе представить – она была в главном коридоре со множеством ответвлений. Она беспомощно осмотрелась по сторонам, выбирая, куда ей идти.

В некоторых коридорах мелькал свет, люминесцентные лампы щёлкали под потолком. Надя попыталась вспомнить, каким путём она сюда пришла. В какую сторону вёл подземный сточный канал, по которому она шла в темноте?.. Она сделала пару шагов по коридору, который, видимо, вёл обратно.

Сзади раздался шорох. Надя замерла на месте, и, не оборачиваясь, поспешила по коридору, ускоряя шаг…

-Так ты отсюда не выйдешь,- услышала она голос за своей спиной.

Надя медленно повернулась и увидела маленькую девочку в белом платьице. Она стояла к ней спиной рядом со входом в выбранный ей коридор.

-Ты же помнишь, что там огненная яма, или ты будешь прыгать через костёр?- смеясь, спросила девочка и ушла из проёма.

Надя пошевелила пальцами и робко направилась обратно, но снова застала лишь спину девочки – она лёгким шагом направлялась вдоль по коридору, заканчивающемуся дверями с плотными стеклянными вставками.

-А ты что, живёшь здесь?..- с трудом спросила Надя.

-Да,- чуть равнодушно, но скоро ответила девочка, чуть повернув головку,- ты же видела детскую комнатку? Вот там я и живу. Её единственную не тронули.

Девочка открыла одну из створок двери и скользнула вовнутрь. «Безумие!..»- подумала Надя, но уйти она не могла. Всё произошедшее было слишком странным, чтобы сопротивляться, и девушка осторожно заглянула в приоткрытую дверь. Помещение было большим, с низким потолком и рядом гладко замазанных бетоном колонн.

Больше всего это было похоже на подземную парковку. Девочка стояла рядом с одной из колонн и водила по ней пальцем.

-Мне здесь так скучно, просто не поверишь…- сказала она грустным голосом.

-Ну ты бы вышла отсюда,- робко предложила Надя и вошла.

-Я не могу, мне там нечего делать,- сказала девочка и повернулась. Вместо глаз на её фарфоровом личике были две кровавые ямы, две запёкшиеся дыры.

Надя вздрогнула, смотря на это неестественное лицо, и девочка виновато улыбнулась.

-А, ты про это…- сказала она смущённо,- я, наверно, и сама испугалась бы, если бы увидела себя!..

Она тут же отвернулась, чтобы не пугать девушку, и Наде оставалось лишь догадываться, как девочка распознала её реакцию.

-Что это?..- ещё не веря тому, что говорит с ней,- что с тобой случилось?

-Ты всё про глаза?- в её голосе сверкнула сталь, и она нарочно повернулась к Наде, показывая это своё несоответствие,- Это давняя история. Я, пожалуй, могла бы обидеться, но мне всё равно не с кем разговаривать… Так вот слушай тогда.

Девочка спряталась за колонну.

-В детстве я жила с мамочкой там, наверху, но я уже забыла, как там было. Однажды я заболела, и стала плохо видеть, пока совсем не ослепла. И однажды, когда мы гуляли в парке, она познакомила меня с папочкой – он тоже был врачом, как и мама, но он был чужим дядей, это мама попросила меня называть его папочкой. Он сказал, что это какой-то «сифилитический миазм», и что он попробует вылечить меня. Но он соврал тогда, а мамочка поверила…

Надя зашла за колонну, но девочки там не оказалась. Девушка беспомощно огляделась по сторонам и заметила чуть подрагивающий край платьица за одной из соседних колонн.

-И папочка забрал меня сюда. Я долго здесь жила, но мамочка пришла только раз. Она сказала, что папочка очень хороший человек, и она ему доверяет. А потом она не пришла. Когда я спрашивала папочку, где она, он не отвечал… А потом знаешь, что он мне сказал?..

Девочка высунула из-за колонны своё изуродованное личико и засмеялась.

-Он сказал, что я умерла! Представь, как я тогда испугалась!.. Но это было не самое страшное,- сказала она, и голос вновь стал твёрдым,- потом я поняла, что он соврал мамочке, чтобы она не приходила сюда. Да, папочка был врачом, но он меня не лечил!.. Он лечил других людей…

Голос её сорвался на шёпот, и она снова спряталась за колонну, а потом быстро пробежала до другой.

-Да, эти другие люди!.. Я слышала их… Я никогда не сталкивалась с ними лично, мне запрещалось заходить во многие двери… Но я слышала их по ночам. Как они кричали!.. Я спрашивала папочку, почему они кричат, а он только смеялся… Я слышала его голос, там, за стенкой, он был с этими людьми, только… только они уже молчали.

Надя вышла в центр помещения и попыталась определить, где находиться сейчас девочка. Но этому мешало гулкое эхо её тонкого голоска.

-Я сказала, что боюсь,- её голос чуть сорвался,- а он сказал, что успокоит меня… Но он успокоил меня совсем не так! Фу, как это было мерзко, я его ненавижу! Ненавижу!..

Голос её стих, и в воздухе осталось лишь возмущённое исчезающее эхо. Надя оглянулась.

-Папочка,- начала девочка, сдерживаясь,- он стал часто меня успокаивать… Он сказал, что если я кому-нибудь проболтаюсь, то он отведёт меня в ту комнату, ту, которая за стеной. Но я сказала, что не боюсь, что всё равно всем расскажу, и его посадят в тюрьму!.. А он знаешь? Он засмеялся и сказал, что я его и узнать-то не смогу, потому что я слепая, и надо мной будут только издеваться… А я сказала ему, что узнаю его по голосу, потому что я его знаю! Знаю!

Она стукнула ножкой по полу.

-Я крикнула, но он зажал мне рот. Он наказал меня – и выколол глаза.

-Но зачем выкалывать глаза, если…- Надя замялась, смутившись своего вопроса.

-Если я слепа?- бойко и чуть задорно спросила девочка,- а зачем забивать досками замурованное окно?

Надя вспомнила это и удивилась совпадению. Девочка продолжала:

-Папочка забил его, он сказал, что в моей комнатке светло и красиво, и окна выходят во двор, но однажды ветер разбил стекло, и окошко пришлось забить… Однажды я ковыряла пальцем между досками и достала до кирпичей – он и тогда мне врал!..

Девочка вышла из-за колонн и прошла вглубь помещения – там располагался большой письменный стол и мягкое кресло сбоку. Она подошла к нему и начала изучать письменные принадлежности.

-Но тебе же, конечно, хочется узнать, что стало, когда я закричала?- в голосе её прозвучала злобная радость,- тебе, конечно, это будет интереснее всего, как и всем. Он схватил меня за горло и начал душить, но я схватила карандаш и ткнула ему в глаз!.. Я отомстила ему – и за мамочку, и за себя, и за тех людей. Правда, он тогда так и не отпустил меня…

Надю передёрнуло от этих слов. Она уже открыла рот, чтобы спросить…

-Ты хочешь знать, кто я?- спросила девочка,- Я – души всех безвинно погибших здесь, не нашедших отмщения… Эти стены пропитаны страхом и ненавистью. Знаешь, когда человеку делают больно, он не прощает… Он делает больно тому, что слабее – люди всегда мстят за боль, причинённую им. И вот теперь я жду времени, когда надежда вновь будет приобретена, чтобы вновь разрушить её! О, ты не знаешь, сколько всего я насмотрелась за это время, как много увидела!.. Теперь я тоже могу показать что-нибудь достойное, я ведь всегда была хорошей ученицей. Тебе ещё предстоит в этом убедиться!..

Надя замерла, смотря на худые девочкины плечики в воздушном белом платье. Вдруг она повернулась к ней, облокотясь о письменный стол и засмеялась звонким детским смехом:

-Что, испугалась? У тебя, должно быть, сейчас очень смешное лицо!.. Да, я умею напугать… Но сейчас не время бояться!.. Слышишь?..

Надя посмотрела чуть вверх, пытаясь различить какие-нибудь звуки, и вот донеслось до неё далёкое: «Эй? Меня кто-нибудь слышит?..». Это кричал Коля!..

-Лови!..- крикнула девочка и кинула что-то Наде, она поймала и посмотрела – это был квадратик клейких бумажек,- Это чтобы ты не заблудилась. А теперь быстрее!.. Ну, давай же, может быть, ему нужна помощь!

Надя сделала шаг назад, всё ещё всматриваясь в неестественное лицо девочки – бледное по сравнению с кровавыми дырами, где когда-то должны были быть глаза. Это было жутко и неестественно – что Надя оказалась здесь, в этой странной компании, но ещё жутче было поворачиваться к девочке спиной. Девочка снова смущённо улыбнулась.

-Да не бойся ты, я же сказала – не время сейчас бояться! Быстрей, беги отсюда к этому своему дядьке,- сказала она, а потом добавила более упрямо,- да не побегу я за тобой! Я тебя отпускаю, ну, давай же!.. Игра продолжается!

Надя уже сорвалась на бег, она выбежала из этого огромного помещения, и вдруг неожиданно для себя шлёпнула рукой по стене коридора. Она оглянулась и увидела клейкую бумажку. Да, она бежала и набегу шлёпала белыми квадратными бумажками, оставляя за собой следы…

Игра продолжается?..

«Я здесь! Эй? Меня кто-нибудь слышит?..»

Теперь она знала, куда побежит. Она рванулась в коридор, откуда слышнее был голос её любимого. «Это всё бред, бред!»- со злостью думала она, бежа трусцой по коридору, отлепляя и клея бумажки, эти дурацкие бумажные квадратики, на которых обычно пишут: «Подготовить реферат по истории» или «Ужин в холодильнике». И эта пустоглазая девочка… А ещё тёмный коллектор, огненная яма и Таня, которая хотела её убить! Это было каким-то идиотским страшным сном, это уж никак не могло быть правдой!..

«Я здесь! Эй?!»

Всё это неправильно, очень неправильно… Какого чёрта? Какого чёрта она согласилась на это?

Как вообще она сюда попала? Да, это было одним поздним вечером, она готовила ужин, родители были у друзей на даче, а Коля смотрел телевизор, сидя в родительском кресле.

-Знаешь, что?- спросил он,- я в субботу с друзьями иду на экскурсию.

Вот так, безапелляционно. А потом ещё:

-Хочешь со мной?

И как ей было не ответить, как отпустить его одного, зная, что «экскурсия» будет проходить в компании друзей, его старых друзей, столько раз на спор чуть не угробивших его? Ах да, он тогда ничего не сказал, что эта хрень будет опасной. Ему этого не сказали. И он согласился, а теперь –

«Эй? Меня кто-нибудь слышит?..»

Надя вбежала в коридор, откуда шёл голос, и замерла на месте, тихо вскрикнув и закрыв рот руками. Там, в конце коридора, висело над землёй тело молодого человека, испещрённого тонкими нитями, уходящими в открытое отверстие потолка. Лампа мигала. У Нади из груди вырвались всхлипы, смешанные с полнейшей паникой.

«Я здесь! Эй?!» - доносилось из коробки, стоящей у него под ногами, и в ней Надя узнала ту коробку, на которой стояла, чтобы выбраться из коллектора. И те шаги!.. Те шаги в темноте!.. Значит ли это, что ещё чуть-чуть, и на его месте оказалась бы она? С зацепленными за кожу и кости лесками… с этой кошмарной улыбкой, обнажающей дёсны, и глазами, выпученными за оттянутыми веками?..

Надя подошла ближе и взглянула страху в глаза – она увидела это исковерканное Колино лицо, и не смогла узнать в нём лицо её любимого.

-Коленька… Что же они с тобой…

«Я здесь! Меня кто-нибудь слышит?..»- в насмешку доносилось из коробки, остановившейся на 5:50. Надя со злость всхлипнула и со всей силы ударила по ней ногой. Запись заела, но не остановилась – вместо этого заиграла какая-то музыка. Надя хныкала и в исступлении била ящик ногами до тех пор, пока он вовсе не замолк. Она плакала, стараясь не смотреть на то, что осталось от Коли.

Внезапно сверху что-то зажужжало, и безвольное изуродованное тело дрогнуло, до смерти напугав девушку. Надя отшатнулась от тела своего парня, глянула на его клоунское лицо, и, доведённая до истерики, прижалась к стене. Эта адская марионетка подняла голову, затем руку с зажатыми в ней часами, но тут же обмякла, уронив пустую голову на грудь – нити больше её не поддерживали. Надя с криком выдохнула, тело её сотрясли истеричные рыдания, она развязанной походкой побежала от этого места, заплетаясь ногами о ходящий ходуном пол.

«Почему? Почему я не проснулась?..- безвольно неслись в её разгорячённой голове мысли,- Или хотя бы не потеряла сознание? Это ведь так просто!..»

-Вашу мать!! Вызовите лифт!! Срочно, слышали, суки?!

Дима бежал по исходному коридору, и уже оттуда слышались его вопли. Он орал, матерился и плевал слюной, поддерживая Андрюху, который, казалось бы, свалился бы на пол, если бы его не держали. Он мямлил что-то, прикрывая глаза и смотря куда-то в пол.

-Срочно, я сказал! Вызывайте лифт! Вызывайте долбанный лифт!!

Уже издалека Диман заметил охранника, спокойно сидящего в своей будке, но когда они внеслись в это помещение рядом с лифтовой шахтой, охранник засуетился – начал переключать что-то.

-Всё хорошо, Андрюх!.. Щас, щас, нам чуть-чуть осталось!.. Сейчас дадут тебе валерьяночки… Помнишь, как мы говорили? Кто не рискует, тот не пьёт валерьянку! Или, может, чего покрепче?.. У меня в кармане завалялось пару купюр, щас купим тебе вермут, ты же его любишь?.. Вот, купим вермута, и к тебе на квартиру – покажешь нам то, что успел отснять…

Андрюхино лицо, бледное и безразличное, но сейчас по нему скользнула тень улыбки. Он устало поднял глаза на Диму и прищурился, прислонившись к стене. Но потом его глаза установились в одном углу и остекленели. Диман, проследив его взгляд, вздрогнул: охранник, он снова занялся своими делами. А лифта так и не было. Не было ни звука.

-Вызови… Долбанный… Лифт!..- прошипел Диман, закатывая рукава, твёрдым шагом направляясь к будке охранника.

Охранник, заподозрив неладное, повернулся было к нему, но тут же начал перебирать что-то на столе.

-А ну открой, шваль!- прорычал Дима и рванул на себя дверь будки.

Пластиковая дверь не выдержала напора, со скрипом сорвалась с петель и, отвиснув, загнулась наружу. Дима замер на пороге.

-Это что? Шутка?..- ошарашено спросил он, уставшись вовнутрь.

Там, за операторским столом, в крутящимся кресле сидел торс манекена, одетый в форму: тёмный выглаженный пиджак, плоская фуражка… К рукам у него были привязаны шнуры, в свою очередь намотанные на катушки, стоящие сбоку. Дима, скривив губы, оглядел этот странный механизм, и тут катушки раскрутились, и охранник резким движение развернулся к нему. Пластиковое гладкое лицо с нарисованными голубыми глазами и тонким изгибом губ. Катушки закрутились обратно и рванули манекен в исходное положение.

У Димы по лицу поползло явное отвращение; он, злобно пыхтя, сорвал с места пластикового охранника и выбросил из кабинки. Андрюха, увидев вылетающий из кабинки человеческий торс, вскрикнул и чуть попятился.

-Ах ты чёрт!- выдавил Диман.- почему нельзя по-нормальному…

Кабинка, в неё стояли телевизоры, показывающие запись с камер наблюдения, но они прокручивали одну и ту запись – самое начало, когда они все заходили в лифт на верхнем этаже, раз за разом. И пульт управления, и кнопки были ложными – просто круглые кусочки резины. И никакой кнопки, вызывающей лифт. Никакой кнопки.

Нет пути назад?

-Чёрт, что это за человек?!- внезапно сорвался Дима,- он же обещал!.. Нет, отсюда должен быть какой-нибудь выход!

Андрюха медленно подошёл к кабинке, на пороге которой стоял разгорячённый Диман. Андрюха приложился лбом к косяку сорванной двери и уставился в экран.

-Ну что? Что ты молчишь?!- распалился Дима и тряхонул друга за плечи; тот так и не спускал глаз с вращающееся плёнки на экране телевизора,- Ну же? Скажи что-нибудь! Чёрт подери, я и представить себе не мог, что после всех фильмов ужасов, которые мы пересмотрели, ты можешь себя так вести! Почему не кричишь? Почему не бежишь прятаться? Почему не пытаешься здраво мыслить, спасать себя, как и все люди? Они же не боялись крови! Помнишь, ты смеялся, когда показывали глупые смерти! Ну, что ты молчишь?!

Андрюха лениво перевёл взгляд на друга и улыбнулся.

-Думаешь, это всё правда?- спросил он тихим спокойным голосом,- Это только кино. Глупое кино за пределами кинотеатра… А здесь всё не так… Я не могу кричать. Я не могу спасать себя, наши друзья, мы были так хороши – они все… их нет, нет. От них уже ничего не осталось…

-Не говори так!- скрипнул зубами Дима,- Это кино, да, ты прав! Но оно должно закончиться, мы должны выйти наружу! Мы должны постараться ради нашего хэппи-энда!..

-Нет никакого хэппи-энда… Граница – она уже нарушена…

-Ты несёшь чушь!- крикнул Дима и ударил кулаком по резиновым кнопкам,- Игра не закончится до тех пор, пока мы не решим прекратить её! Мне просто нужна подсказка, зацепка, я не верю в то, что это всё реально! В то, что это всё может так закончиться!

Андрюха снова перевёл спокойный взгляд на экран.

-Ты действительно хочешь, чтобы это закончилось?..- спросил он безмятежно.

-Андрей, посмотри на меня! А ты этого, что ли, не хочешь?!

Он слабо пожал плечами.

-Ты ведь знаешь!

-Эта картина Босха… Смотри, там в углу такая же… Ничего не напоминает.

Дима отстал от друга и широкими шагами пересёк рекреацию. Там среди нескольких перекошенных мрачных абстракций висела картина с уродливыми существами, пожирающими друг друга.

-Мы жрём друг друга,- говорит Андрюха, пока друг шарит по картине пальцами в поисках кнопки,- если это настоящая жизнь, то она стала игрой.

Картина отрывается и падает. Никакой кнопки – никакой. Они оба знают, какие мысли вьются в голове Димана: «Должен быть выход. Должен быть выход». Выход – всего в одном лифтовом пролёте, там, наверху, где этот кошмар станет выдумкой, дешёвым ужастиком в небольшом кинотеатре какого-нибудь торгового центра. Зрители пугаются, прячут лица в моменты с режущей слух музыкой… А потом смеются, вспоминая свой страх.

Да, этот ужастик они запомнят на всю жизнь… Если выберутся и смогут доказать, что это всего лишь ужастик.

И Дима срывает картину за картиной, ломает их рамки в поисках проводов, датчиков, сенсоров… Чего-нибудь, означаемых, что они не покинуты на произвол судьбы.

-Там, в кабинете, на столе между папками с записями лежит пульт с одной кнопкой,- зевает Андрюха,- я видел. Я же говорил, что мне Босх ничего не напоминает.

-Ты урод!- разозлился Дима.

-Может, он вызовет лифт. Для чего-то ведь он нужен.

Диман плюнул на пол и быстрым шагом направился туда, с чего, фактически, и началось их путешествие. Андрей поплёлся сзади, разглядывая потёртые ковры. Он замер у входа и прислонился спиной к стене.

-Просто когда чего-то слишком много, начинаешь привыкать к этому. Невозможно постоянно прибывать в страхе… От этого сдают нервы.

Где-то на другом конце вселенной воет сирена, и лифт опускается в шахту. Спасение пришло с небес, и глаза Андрюхи остановились в одной точке.

-Вашу мать!..- обрадовано кричит Диман, выбегая из кабинета с зажатым в руке пультом,- Вашу мать, шоу окончено!..

-Мне без разницы.

-Да ну и чёрт с тобой. Нет, всё, хватит. Какой бы крутой не была задумка, она порядком уже поднадоела. На сегодня хватит!.. Может, потом как-нибудь, мы поржём над ней… Это станет очередной нашей сумасшедшей выходкой, будет ярким воспоминанием – но не сегодня!..

Он пинками под зад погнал друга к выходу, а тот не мог определить, хочет он того или нет.

Момент полного очищения – приятие своей беспомощности и равнодушия. Он – кусок мягкой резины и малинового сиропа, подделка, выставленная на показ. Он не нужен этому миру, там он будет бесполезен.

Момент полной целостности – осознание своей бесполезности.

Что теперь – когда он бесполезен, когда смерть и жизнь не имеют значения? Эта реакция, отточенная на десятках фильмов – с каких-нибудь пор ты начинаешь фыркать, видя спасшихся. Ты равнодушен, когда кого-то убивают.

-Я не хочу.

Дима останавливается и смотрит другу в глаза – больные и потухшие.

-А чего ты хочешь?!

-Не знаю.

-Тогда пошевеливайся!.. Блин, с тобой тяжело! Если тебе интересно, то мне как раз не всё равно, и я хочу, чтобы ты вышел отсюда со мной!..

«Как хочешь»- подумал Андрюха и улыбнулся этой мысли.

Диман стоял перед раскрывшимися дверями лифта. Войди, нажми «вверх», выйди из кинозала в истёртую спасительную реальность бледным и напуганным. «Да, хороший фильм»

И он вспомнил их – Таню, Надю, Колю. Сгоревших, расчленённых и изуродованных. Реквизит для игры. Те, кто выбыл, они теперь станут для него полуживыми. Как ты будешь общаться с человеком, пить пиво из одной бутылки и развлекаться, если ты видел его труп? Как будешь думать о живом, однажды увидев его мёртвым? Неунывающее лицо, полное движения – оно всегда будет носить отпечаток того изуродованного трупа, виденного здесь.

Хотя к чёрту, к чёрту всё. Они вошли в лифт. Дима вышвырнул пульт, и он отлетел, ударившись о стену. Прощайте, уроды.

«Вверх»

Внизу кто-то истошно кричит, но уже поздно – и это лишь ненужный штрих, взаимная насмешка. Нет, правда, они ещё посмеются над этим. У них ещё останется видеозапись, которая через время станет одним из самых ценных воспоминаний.

Двери раскрылись, слепя их почти что дневным светом.

-МЫ ВЫБРАЛИСЬ!! СЛЫШИТЕ НАС, ПРИДУРКИ?! У ВАС ЗДЕСЬ СКУЧНО!!!

Они вывалились из лифта на пол. Слыша их крики, люди, собравшиеся в фойе кинотеатра, вздрогнули и прислушались. Как пациенты, ждущие своего приёма и слышащие детские крики из кабинета стоматолога.

-Мы это сделали!..

Диман засмеялся, упав на плечо Андрюхи. Тот, видя его детскую радость, его облегчение, его разрешение от бремени – тоже оттаял и начал смеяться. Грустный смех вырвался у него из груди вместе со слезами, может, он понял, что со временем сможет отойти… Что не всё потерянно, и он сможет найди себе место в мире.

Этот момент освобождения – понимание того, что всё закончилось, что всё плохое осталось позади. Пока Дима полз к занавесам, ведущим из этого последнего коридора, ему на момент представилось, что за ними будет сидеть целый зал зрителей. Они вскрикнут от восторга и встанут со своих мест – после напряжённого триллера на сцену выйдут главные герои – и все обомлеют.

Он встал на корточки, потом во весь рост. Одёрнул майку. Сейчас его увидят – последнего героя, спасшегося счастливчика, невозмутимого и сильного. Он рванул в сторону занавес – а за ним кирпичная стена. «Титаник» врезался в айсберг в то время, когда пары на палубе танцевали джаз.

Как полоумный, Диман подбежал к следующим занавесам и в отчаянии дёрнул их в сторону. И там стена.

-Это невозможно!.. Это…

Шок.

На мгновение – для них обоих – всё вокруг стало правдой.

И кровь, и трупы, и опасность.

Внутри Димы произошло какое-то перерождение. Как удар обухом по голове, когда все потаённые страхи становятся явью, но осознание этого приходит слишком поздно…

-Он врал! Каждую минуту, каждым словом – он врал!..- ошеломлённо шептал Диман, садясь на пол рядом с закрывшимися дверями лифта,- и про охранника, и про… всё! Они все умерли, они все умерли! Я был так близко! Я не верил очевидному, они пытались предупредить, а я не слышал, и теперь они все мертвы, и мы не знаем, что делать дальше… Круг замкнулся! У этого места нет выхода, мы в полнейшей ловушке, нам не выбраться!..

-Надо спуститься вниз…

-Нет, ни за что!.. Я больше туда не ступлю ногой, я лучше здесь сдохну! А знаешь, что самое кошмарное? Знаешь? Что если это всё правда, то я…- он перешёл на истеричный шёпот,- то я… в самом деле… Я лизал Танины кишки!..

Он засмеялся и упёрся головой в грудь Андрюхи. На лице того было написано удивление, но не более. «Это начинает надоедать, и ты сходишь с ума»- спокойно и чуть рассеяно думал он.

Свет в коридоре начал гаснуть. С самого конца – лампы с тяжёлым глухим звуком начали вырубаться, окуная коридор в полнейший мрак. Мрак подходил всё ближе и ближе – и вот оба друга оказались в непроглядном пространстве. Ни света. Ни звука.

-Я хочу здесь сдохнуть, это будет лучший вариант,- проворчал Дима,- Заснуть, и чтоб меня не стало.

Он поудобнее улёгся на ровно дышащей груди Андрюхи и закрыл глаза. Глаза Андрея были открыты, они тупо уставились во мрак, единственное, что осталось в этом мире.

Так продолжалось целую вечность.

Пока секунда, две, три… и лифт начал подниматься. С самого низа.

Дима встрепенулся и отшатнулся от двери. Звук – тихий скрип катушек лифта.

-Не-ет!..- визгливо просипел он,- этого не может быть! Там никого не осталось! Там все мертвы! Там все мертвы!.. он поднимается сюда… Он пришёл за нами, нет, я не хочу!.. Господи!.. почему не дать нам просто… Нет!

Дверь лифта с щелчок раскрылась.

Тишина.

Дима зажался в угол и боялся лишний раз вздохнуть. В лифте кто-то был. И он молчал, не двигался. Пока не закричал.

Страшные крики раздавались с разных сторон – в темноте одновременно натолкнулись друг на друга чудовища и напугали друг друга.

-Надя?!- воскликнул едва пришедший в себя Дима,- Чёрт тебя подери, ты же умерла!..

-Как видишь нет, но вполне могла бы!..- прошипела она.

-Да вот дело, что ни хрена не вижу!

-Коля погиб! Что здесь произошло? Какого здесь нет света?..

-Здесь нет выхода,- сказал спокойно Андрей,- нас обманывали. Таня и Коля погибли. Мы тоже…

-Он чушь мелет!- обозлился Дима,- что будем делать?

-Спустимся вниз.

Когда они вышли на свет, там, внизу, они готовы были проклясть и его – впереди маячил тот самый коридор, по которому они прогуливались в самом начале, глупому театральному коридору, в котором не было ничего страшного.

-Что за хрень здесь происходит?!- выпалила Надя,- это что же, всё правда? Отсюда нет выхода?

-Да, эта старая мразь врала нам! И про охранника, и про выход, и про безопасность!..

Вдруг Дима остановился и посмотрел на друзей пожирающим взглядом, преображающемся в торжество:

-Хотя нет, стойте! Он обещал, что всё это безопасно, но обещал мне! Поняли фишку? Я делал заказ – всё, что происходит сейчас здесь, всё это для меня! Я главное действующее лицо! Я главный герой, единственный, кто выживет! Это вы, вы сдохните здесь, и когда это произойдёт, я стану свободным! Меня выпустят отсюда под аплодисменты! Вы всего лишь реквизит, мясо, чтобы осуществить главную задумку!..

Он не заметил, как к его ногам подкрались гибкие упругие щупальца…

-Вы все сдохните, и только тогда я стану победителем!..

В момент они обхватили его за ноги и руки, сжали в своих тисках и в ту же секунду уволокли в открывшееся в стене отверстие. Оно тут же с щёлчком закрылось, и через стены раздался душераздирающий вопль.

-Пора, нам пора сматываться!..- прошептала Надя, и, схватив Андрюху за руку, побежала с ним по безлюдным опустевшим коридорам.

«Люди? Где вы? Эй, отзовитесь!..»- кричал голос Тани.

Надя остановилась было на распутье коридоров, но Андрей протолкнул её дальше. «Их нет, их нет!..»- неслось у него в голове вместе с голосами Димы, Коли, Тани… куски мяса, по жилам которых течёт малиновый сироп…

-Здесь!- крикнула Надя на бегу,- Здесь должны были быть мои пометки!.. Я оставляла следы…

Они были в больничном коридоре, стены выгибало под криками без вести пропавших, тех, что не нашли, полы тряслись дрожью сотен несуществующих шагов, изо всех ответвлений покинутых коридоров раздавались такие живые голоса мёртвых людей… Время совершало мёртвую петлю – мозг, не способный переварить всё, что происходило, отказывался работать.

Они кричали.

Они пытались спастись.

Совсем как в тех дурацких ужастиках, над которыми хочется смеяться.

Свет начал гаснуть – теперь здесь. Начал гаснуть впереди, отрезая путь к цели. Надя остановилась и в панике прижалась к Андрюхе. Он посмотрел назад – свет гас и там. Они оказались отрезаны от всего.

-Всё хорошо. Всё, конечно, будет хорошо…- ласково шептал Андрюха, обнимая её за плечи,- с нами уже ничего не произойдёт.

Он открыл дверь в операционную, обклеенную квадратными листочками бумаги.

Нет смысла спасаться на тонущем корабле, нет смысла паниковать. Вязкая тьма разливалась по коридорам этого жуткого здания-призрака, а они, последние выжившие, сели на пол в самом углу. Они обнялись. Андрей гладил по голове Надю, а она спрятала своё лицо в его рубашку.

-Обещай, что не бросишь меня.

-Обещаю.

-Умрём вместе.

-Да.

Она аккуратно достала камеру из чехла, продолжавшего бесполезно висеть у Андрея на поясе. Надя открыла плазменный экран и стала смотреть «re-play»: весёлые молодые люди, подшучивающие друг над другом, идущие вдоль какого-то забора, и ветер шевелит их волосы… Зарядка кончается – камера пищит. Свет в коридорах гаснет со стуком. Но это не здесь, где-то на другой планете…

«Ничего, тебе бояться нечего… с твоим-то ухажёром»– и Надя улыбается.

Свет тухнет. Операционная погружается во мрак.

«Эй, Андрюха, зарядку не трать!»

«Хорошо!»

Камера пищит последний раз – и изображение гаснет.

Игра закончена – здание полностью погрузилось во мрак, со всеми его изуродованными трупами. Вода капает с потолка. Голос Тани, голос Коли, и даже голос Димы – они зовут, они просят помощи. Пластинки заедают, катушки раскручиваются…

Тишина.

Тишина.

«Как мы жили?»- они думают. Да, как они жили и чем заслужили такую дурацкую смерть? Смерть в руках кукловода, наблюдающего за их неумелыми попытками выжить через чёрные зрачки видеокамер. Видеокамер – глазок Босховских существ, видеокамер, крутящих одну и ту же запись…

Да, какого это – жить всю жизнь, чтобы однажды в субботу согласиться пойти на экскурсию – и не вернуться? Столько раз рисковать жизнью, чтобы стать экспериментом, у которого при любом раскладе не будет шанса?

Это глупо, как и всё в этом страшном мире.

Где-то издалека раздаются шаги. Призраки идут за ними. Надя крепче прижимается к Андрюхе. Андрюха думает, не свернуть ли ей шею, и из груди его вырывается мелкий смешок – руки не слушаются его, они тихонько барабанят по холодному кафелю, и он находит в этом стуке смысл всего ожидания. Шаги ближе. Но они уже не пугают – с упрямой самоотверженностью друзья смотрят на свои жизни и понимают, что они остались где-то далеко за пределами этого здания, там, на пустыре перед заброшенным заводом.

Маршрутка проехала мимо. Они ждали минут тридцать, но за ними так и не приехали. Они порядком замёрзли, а потому плюнули на эту затею и пошли домой, где устроили вписку, все вместе: Таня, Надя, Коля, Андрюха и Диман. Они остались живы.

Шаги останавливаются перед невидимой в темноте дверью.

Им уже всё равно.

Свет! Как слепцы, они закрывают глаза руками, они утыкаются друг другу в плечи, и Андрюха понимает, что его плечо намокло. Слёзы брызгают у них из глаз, и они утираются ими.

В дверном проёме стоит низкий чёрный силуэт, взявшийся за дверной косяк.

-Ну-с, дорогие мои, можете себя поздравить. Ваше путешествие окончено.

Андрюха заслоняет дрожащей рукой глаза и пытается разглядеть что-нибудь в щёлочку меду пальцами.

-Вы свободны.

Спаситель – он стоит в невероятном ярком свете перед ними, крюченными на грязном полу грешниками.

-Бред!- орёт Надя и заходиться в рыданиях,- зачем вы нас мучаете и убиваете? Зачем даже сейчас пытаетесь издеваться?..

-Вовсе нет. Я не издеваюсь.

Его силуэт приблизился.

-Эта задумка… Вам не кажется, что это худшее, что произошло с вами? Со временем это станет самым лучшим моментом в вашей жизни. Потому что теперь вы по-настоящему чисты…

Надя умолкает, она размазывает слёзы по щекам.

-Эта главная идея. Приобретение надежд и их крушение. Только потеряв надежду, только потеряв всю свою прошедшую жизнь… можно здраво оценить её. Все эти мертвецы – всё вымысел, всё глупая ложь, ставшая правдой. И только когда они снова станут настоящими, когда правда станет ложь, а потом снова правдой – только тогда наступит полное просвещение. Вы отделаетесь от своих прежних принципов…

Он присаживается к ним на корточки и подаёт руку.

-Только тогда вы потеряете свою прежнюю жизнь и обретёте новую.

Он шевелит пальцами. Он поднимает другую руку с ключами, зажатыми между двумя пальцами.

-Вы начнёте жить сначала.

Андрюха высовывает свою мокрую дрожащую руку, и её сжимают твёрдые сухие пальцы. Надя продолжает держаться за парня всеми силами. И они встают. Спаситель помогает им подняться.

Спаситель – изящный маленький старик.

-Почему мы должны вам верить?..- тихо шепчет Надя, вглядываясь в его морщинистое лицо.

-Конечно, вы не должны мне верить после всего произошедшего,- виновато смеётся он,- Поэтому я принёс вам кое-что…

Он, как фокусник, достаёт из-за спины голову Тани. Друзья устала смотрят на неё.

-Это потрясающее портретное сходство…- говорит старик и вставляет пальцы в рот, потом изгибает их у гортани и снимает резиновую маску с пластикового черепа,- Как только вы пришли сюда, вас отсняли со всех сторон, записали ваш голос – все его звуковые сочетания…

Он откладывает сморщенное Танино лицо с волосами, бровями и дутыми губками на один из операционных столов. Оно лежит там как ненадутый воздушный шарик.

-Бедный Йорик!- смеётся старик, разглядывая пластиковый череп с глазами и мягкой гортанью, откладывая его туда же,- Моя гордость. Череп – он одинаковый для всех, меняется только лицо. Эти расчленённые трупы – с точностью воссозданное человеческое тело, и цветом, и фактурой… Более того, для особо привередливых, кровь – говяжья или свинная, нас снабжает местная бойня. У некоторых есть просто страсть тащить всё в рот… Детская привычка!..

Андрюха смотрит на него с прищуром. Надя устало смотрит на удивлённый череп.

-Это здание – венец существующей техники! Сенсоры, камеры слежения… Почти всё оно имеет систему самообслуживания: ловушки сами выбирают себе жертву, они знают, кто из вас где находиться. И когда приходит время, они активизируются. Хватают жертву и тащат в стену. Или в пол. Или в потолок – там механизм выпускает усыпляющий газ. Человек просыпается уже в «зале ожидания», живым и невредимым. Своего рода тоже смерть, но с определённой возможностью… жить дальше. Так что ваши друзья сидят сейчас все вместе в полной безопасности снаружи – и смотрят за вашими действиями. Это, конечно, очень жестоко.

Старик улыбается им и сверкает стеклянным глазом.

-Полностью механизированный кошмар – моя мечта во плоти. Мне всегда доставляло огромное удовольствие наблюдать за человеческим страхом… Только благодаря таким извращенцам, как я, у этого мира стало одним гениальным изобретением больше. Мне, правда, потребовался только один помощник – он перенёс коробку с магнитофонной записью из коллектора в коридор, под ноги вашему другу. Но это уж так… мелочи.

Надя смотрит на него внимательно и говорит:

-Вы идиот.

-Разве вы мне не благодарны?..- удивлённо спрашивает их старик,- Можете вздохнуть с облегчением – теперь точно всё.

Андрюха, смотря на него, сначала улыбается робко, потом начинает смеяться. Он смеётся, закинув голову верх – таким жизнерадостным простым смехом, что Надя не верит своим глазам. Она смеётся этой нелепости, но потом полностью поддерживает друга смехом, вытирая с глаз слёзы – Дима, он всё-таки жив, он живой, горячий, он опять будет смотреть футбол и ходить на свои дурацкие вписки… Он будет прижимать её к своей груди и шептать: «Дурочка…»

Старик, видя их полу-счастливые, полу-грустные лица, улыбнулся, мусоля в руках ключи – от единственной двери, ведущей наружу.

Кошмару пришёл конец – их хэппи-энд, который они заслужили.

Они вернутся калеками – психами, для которых в жизни больше не останется ничего страшного, но всё остальное будет цениться в сто раз больше.

-Теперь вы поняли цель вашего путешествия?- спросил старик, восхищённо посмотрев на них,- Вы полностью чисты. У вас больше не осталось долгов перед прошлой жизнью… Обретение надежд и их крушение.

-То есть все эти трупы, голоса…- Андрюха слабо улыбался,- Охранник и девочка… Всё это было розыгрышем?

-Да, конечно. Я же всё объяснил. Охранник – моя особая гордость, жаль, что вы его не оценили. А что за девочка, позвольте спросить?..

-Её комната…

-А, да, там есть детская. Достаточно жуткое место, мы решили ничего там не менять и построить развитие сюжета вокруг него…

-Нет. Девочка.- сказала рассудительно Надя.- Ей ведь было лет семь…

-Ничего не знаю.- безразлично ответил старик.

-Я видела её…- задумчиво, будто пытаясь что-то вспомнить, говорила Надя,- у неё было белое платье и светлые волосы.

-Да!- неожиданно воскликнул Андрей и посмотрел на подругу,- она была в коридоре! Она танцевала!..

Старик внимательно вглядывался в их обеспокоенные лица.

Они посмотрели друг другу в глаза, и вдруг, одновременно, поняли что-то общее. Они засмеялись, не сводя друг с друга глаз. Они смеялись от всего сердца, они пожимали плечами, опускали головы, а потом снова начинали смеяться – истерика смешанная с облегчением.

Старик с некоторым отвращением смотрел на них.

Может, эта задумка не была такой идеальной?..

Секунда.

Две.

Три…

За спиной у него раздался тихий шорох.

-Кто здесь?- спросил старик и обернулся.

Просмотры: 1460

Следующий пост
Проклятый
Предыдущий пост
1 твит = 1 читатель
In HorrorZone We Trust:

Нравится то, что мы делаем? Желаете помочь ЗУ? Поддержите сайт, пожертвовав на развитие - или купите футболку с хоррор-принтом!

Поделись ссылкой на эту страницу - это тоже помощь :)

Еще на сайте:
Мы в соцсетях:

Более 21,000 человек подписаны на наши страницы в социальных сетях. Подпишитесь и вы, чтобы не пропустить важные новости, конкурсы, интересные статьи, опросы, тесты и видео!



    В Зоне Ужасов зарегистрированы более 6,000 человек. Вы еще не с нами? Вперед! Моментальная регистрация, привязка к соцсетям, доступ к полному функционалу сайта - и да, это бесплатно!