Фэнзона

Оползень. Продолжение

БиблиотекаКомментарии: 0

Глава 5

Макс вырулил на шоссе. С левой стороны за железобетонными столбиками ограждений вертикальным отвесом зияло ущелье. Обочины сужались с каждым метром движения вперед. Антон проводил взглядом в боковом зеркале удаляющиеся огни патрульной машины.

Лесные откосы гор остались позади. Надвигался перевал. Черноту ночи прорезали фары, открывая завораживающую картину. Дорога опоясывала затяжной дугой массивное подножье величавой вершины. Нависшие над головой миллионы тонн горного выступа и пугающая близость пропасти щекотали нервы. Внезапно прекратился дождь, и у Антона заложило уши. Неясная тревога усилилась дребезжащими басами. Низкий гул перерос в нарастающий рокот неведомой силы.

Макс в смятении посмотрел на застывшего партнера. Странная вибрация отдавалась толчками в баранку. Макс еле удерживал автомобиль.

− Стой! – вдруг закричал Антон.

− Ты чего орешь?! – резко нажав на тормоза, испугался Макс.

− Смотри, что творится! – промямлил Антон.

Метрах в ста впереди сползала каменная лавина. Невидимый великан прогреб по скале вертикальную полосу шириной с футбольное поле. Оползень проломил асфальт, увлекая в ущелье сотни тонн глыб. Пыльный туман расползался вширь от падающих обломков. От мощного удара всколыхнуло дорогу, и «мазда» подпрыгнула как гарцующая молодая кобыла. Длинные трещины щупальцами потянулись к машине.

«Держись крепче!» – сквозь зубы прохрипел Макс и включил заднюю передачу. Антон уперся ногами в пол и вцепился в подлокотник. Полуобернувшись назад, Макс отпустил педаль сцепления и стартовал задним ходом. Антон, широко открыв от страха глаза, наблюдал за стремительно приближающимся разломом.

«Быстрей!» − причитал он. Четко управляя одной рукой, Макс выжимал до остатка все лошадиные силы. Автомобиль ревел выхлопной трубой, выпуская из-под визжащих колес клубы дыма паленой резины. Двигаясь все быстрее, «мазда» уверенно отдалялась от опасного места. «Все, ушли», − облегченно выдохнул Антон. Макс затормозил и расслаблено откинулся на спинку сидения. Затем смахнул ладонью капельки пота со лба и погладил округлость руля, приговаривая: «Молодец, Маша!»

− Ты в порядке? – спросил Антон, прикурив и протягивая сигарету.

− Вроде, − неуверенно ответил Макс, дрожащими пальцами стряхивая упавший пепел.

− Отдохнешь? Я поведу, − предложил замену Антон.

− Куда? – чуть помедлив, задумался Макс.

− К гаишнику, он ведь местный. Поможет чем-нибудь, − рассуждал Антон.

− Логично, едем. Здесь очень узко. Сделаем так. Я за рулем, а ты регулируй, − принял решение Макс и выстрелил окурком в черную пасть обрыва.

Антон помог в четыре приема справиться с разворотом. Посмотрев назад, он сокрушенно махнул рукой. Приунывшие компаньоны возвращались обратно. Макс потихоньку добавлял обороты. Нервное напряжение сменилось апатией. Закончилось ущелье, и появились зеленые склоны непредсказуемых гор. Миновали развилку. Чувство безысходности овладело Антоном.

− Макс, не гони так быстро, – попросил он, с тревогой провожая скрывшийся поворот.

− Я шестьдесят иду, − глянув на спидометр, обиделся водитель.

− Что-то не так, − беспокойно заерзал Антон.

− Да, и гаишника не видать, − подтвердил Макс, сбрасывая скорость.

− Давай подождем, посмотрим, − Антон крутил головой по сторонам.

Макс заглушил мотор. Нажав кнопки стеклоподъемников, он приоткрыл окна. Ледяной хвойный запах ворвался в салон. Антон уловил еле заметное дребезжание стекол и волнообразное движение воздуха.

Неожиданным хлопком взорвалась тишина. Эхом отражался от гор жуткий шелест. Казалось, что гигантская гремучая змея выбралась из ада. Страшный треск надвигался с пугающей быстротой из темноты. Невиданная сила крушила все на своем пути. Вековые лиственницы и сосны, сломанные в щепы, летели вперемешку с камнями и мокрым грунтом на дорогу.

Макс подскочил и включил зажигание. Стартер живо откликнулся, запустив двигатель. Они снова удирали, лавируя между внезапно появляющимися препятствиями. Разогнавшийся оползень настигал компаньонов.

Макс переключал передачи и работал педалями как настоящий гонщик. Участок шоссе закупорило с двух сторон, «Мазда» галопом понеслась по щебню. Колеса выбрасывали мелкие камни пулями в преследующего противника. Впереди появился красно-белый шлагбаум. Антон оглянулся назад и повернулся к напарнику. Царапины на его щеке вздувались рубцами.

«Не сворачивай! Тарань шлагбаум!» − умолял Антон. Машина ракетой летела напрямую. Полосатая преграда стремительно увеличивалась в размерах. «Ремень не пристегнул!» − мелькнула последняя мысль у Антона.

Глава 6

На белом полотне вырисовывались тонкие серые линии. Антон поморгал и потер пальцами веки. Картинка стала четкой. Давно не видавший ремонта потолок спасала побелка, замазавшая многочисленные трещины штукатурки. Широко зевая, Антон поднял руки вверх. Вращая ладонями, он потянулся и замер. Металлический скрип панцирной сетки вывел из оцепенения. Антон нахмурился, осматривая незнакомую комнату.

Вдоль стен выстроились кровати, соприкасаясь полукруглыми спинками. Они были аккуратно застелены. Взбитые треуголкой подушки торжественно стояли на ворсистых одеялах. На потертый линолеум короткими ножками опирались тумбочки. За оконным стеклом в квадратах решетки колыхалась густая сосновая ветка. Рыжая белка подбиралась к шишке. Черные бусинки глаз хвостатого зверька укололи Антона. Он вздрогнул, ощутив еще один взгляд. За ним внимательно наблюдала толстая высокая женщина.

− Проснулся? – низким голосом поинтересовалась она.

− Да, − Антон поперхнулся от комка в горле.

− Тогда одевайся и застилай постель, − мужеподобная тетка не церемонилась.

− Где я? – спросил Антон, натягивая халат.

− В больнице, Антон Викторович, − ласково прогудела громадина.

− Вы кто? – полюбопытствовал он.

− Светлана Романовна, старшая медсестра, − представилась тетка, поправляя накрахмаленную белоснежную шапочку.

− Что со мной случилось? – вслух подумал Антон, потирая лоб.

− Обо всем поговоришь с лечащим врачом. Собирайся, приведешь себя в порядок, и я отведу. Личные вещи в тумбочке, − объяснила медсестра.

Антон сунул ноги в серые тапки, подаренные Женькой, и попытался вспомнить ее лицо. К великому изумлению ничего не произошло, всплыл лишь неясный образ чего-то светлого и доброго. Встряхнув головой, он попробовал развеять туман и пошатнулся. Медсестра с ловкостью тигрицы схватила его в охапку. Повернув к себе лицом, посмотрела в глаза и, держа за плечи, поставила как оловянного солдатика. Затем достала шуршащий пакет и вывела Антона под руку из палаты.

Дневной свет, падающий из стеклоблочных проемов, освещал коридор. В дальнем конце виднелась большая комната, напоминающая столовую. У входной двери в отделение за столом сидела, производя записи в бумагах, точная копия старшей медсестры.

Светлана Романовна подвела ошарашенного Антона к санитарному узлу. Он сходил в туалет и умылся. Елозя по щетине электрической бритвой, Антон равнодушно смотрел в зеркало на бледное лицо с впавшими щеками. Монотонное жужжание и круговые движения вдруг озарили: «Женщина за столом в коридоре – дежурная медсестра Вера. Сестра-близнец Светланы Романовны!» Антон подмигнул отражению и сложил туалетные принадлежности в пакет.

«Врачебный кабинет сильно изменился», − подумал Антон, сидя на кушетке. Вместо шкафов, набитых толстыми книгами и папками, появились этажерки от пола до потолка. В них аккуратно разместились пластиковые скоросшиватели, пронумерованные на торцах. Окна закрывали вертикальные полупрозрачные жалюзи. Громоздкий сейф исчез вместе с хозяином, безобидным стареньким профессором.

За полукруглым столом в офисном кресле сидел молодой человек лет тридцати. Пощелкав мышкой, он поправил элегантные очки и оторвался от компьютера. «Если бы не белый халат, то его можно принять за крутого менеджера», − наблюдал Антон за действиями врача. Доктор перехватил оце-нивающий взгляд и невольно улыбнулся.

− Как вы себя чувствуете, Антон Викторович?

− Если честно, то странно.

− Что вы имеете в виду?

− А где Иван Никифорович?

− Ушел, на пенсию. Его вы помните. А меня?

− А что? Должен?

− Меня зовут Виктор Иванович. Как вы сюда попали?

− Точно не могу сказать. Мы поехали с Максом в командировку.

− И что случилось?

− Оползень сошел!

Антон начал в подробностях рассказывать о лесном форте, плене и побеге. Потом запнулся и потер нос, понимая, что не может объяснить каким образом оказался в больнице. Барабаня пальцами по коленкам, он начал расшатываться вперед-назад.

Медсестра поднесла стакан воды, а врач предложил лекарство: «Возьмите, успокойтесь». Взволнованный рассказчик отмахнулся и случайно выбил его из рук доктора. Таблетка шайбой покатилась под кушетку. Антон потянулся, чтобы ее поймать, дернулся от пронизывающей боли осиного жала и отключился.

Глава 7

Седые волосы цеплялись за воротник черного камзола. Художник подправил кистью заключительный мазок и посмотрел на позирующую женщину. Сходство поражало. Поглаживая пышную бороду, он остался доволен работой. Старик низко поклонился госпоже. Ее мерцающая улыбка соскользнула с губ. Яркий румянец на щеках источал жизненную силу. Женька привстала с кресла, нагнулась и нежно поцеловала Антона в губы.

Он больше не спал. Лунный свет обволакивал комнату. Картина Леонардо да Винчи словно ожила. Джокондой любовно называл жену Антон. Она указывала мимолетным движением глаз на задний план: горы, река. «Оползень, гаишник! − мысли вихрем раскручивались в голове Антона. − Что говорил патрульный? Он предупреждал о приграничной зоне! Оползень ее преграждает, не пропускает и не дает вернуться назад. В настоящую реальность! Как объяснить странные изменения? Эти горы явно аномальные. Макс исчез бесследно. Вдруг снова попал в рабство? Что делать?!!» Он ворочался на кровати, пока не взошло солнце.

Шаги в коридоре отвлекли от размышлений. Антон оделся и направился к выходу. Слева от дверного проема он увидел прикрепленный к стене лист бумаги. На нем был напечатан распорядок дня:

6.00 – 6.15 Подъем

6.15 – 7.00 Гигиенические процедуры

7.00 – 7.30 Завтрак

7.30 – 10.00 Лечебные процедуры

10.00 – 12.00 Личный досуг

12.30 – 13.00 Обед

13.00 – 15.00 Послеобеденный отдых

15.30 – 16.00 Прием молочных продуктов

16.00 – 18.00 Проведение занятий и бесед

18.00 – 18.30 Ужин

18.30 – 20.30 Личный досуг

20.30 – 21.30 Гигиенические процедуры

21.30 – 22.00 Подготовка ко сну

22.00 – 6.00 Ночной сон

− «Лангольеры» съели время, − пожаловался Антон медсестре.

− Как это? – озабоченно спросила она.

− Не хватает одного часа, − серьезно продолжал Антон.

− Где? – медсестра не поняла.

− С 12.00 до 12.30 и с 15.00 до 15.30, − он довольно ткнул пальцем в расписание.

− Точно, надо исправить. Молодец! – похвалила Вера Романовна.

Антон смог ее идентифицировать грассирующей «р». Быстро проведя гигиенические процедуры, он пошел в столовую. Пациенты в одинаковых темно-серых халатах вытянулись цепочкой. Добродушная повариха тетя Маша черпаком отмеряла одинаковые порции манной каши в подставляемые тарелки.

Гусеницей ползла очередь. У входа скучал волонтер-санитар Петя, отлынивающий от военной службы. Кривоногий толстяк постоянно зевал. Рядом возвышалась старшая медсестра. Карусель жующих лиц, топчущаяся вереница ног, позвякивание больничной посуды разом лишили аппетита. Антон с трудом проглатывал еду. Печаль охватила его, открывая безрадостную картину по-вторяющегося действа.

Светлана Романовна выдавала таблетки, а Петя наливал воду. Пациенты принимали лекарства после завтрака. Подошла очередь Антона. Мгновенно спрятав таблетку под язык, он опорожнил стакан и открыл рот. Медсестра удовлетворенно кивнула, и Антон вышел в коридор.

Вера закончила осмотр палат. Пожилая женщина в косынке отжимала тряпку в ведро и протирала полы в уже проверенных комнатах. Антон, прогуливаясь рядом, незаметно выплюнул таблетку в грязную после мытья воду. Мысленно поаплодировав себе как «Мэджику» Джонсону, эффектно забросившему мяч в корзину, он подметил любопытную деталь. «Санитарка Нюта копается в чужих вещах. Воришка! − обрадовался неожиданному открытию Антон. – Это может при-годиться, предложу ей таблетки».

Доктор внимательно изучал блокнот, предоставленный старшей медсестрой. Временами он отрывал взгляд от записей, бросал на Антона, а потом всматривался в экран монитора. Пациент демонстрировал абсолютное спокойствие. Виктор Иванович закончил работу и повернулся на кресле к больному.

− Вам лучше?

− Намного.

− Мне понравилась ваша шутка на счет пропавшего времени в распорядке дня.

− Время – понятие относительное. Час туда, час сюда.

− Это точно. Кстати, вы можете вспомнить последний момент перед провалом в памяти?

Антон внезапно увидел летящий навстречу шлагбаум и жутко испугался. Не подавая виду, он сконцентрировался и задумался: «Рассказывать снова историю с оползнем нельзя. Говорить о Максе тоже. Примут за сумасшедшего. Лучше помолчу. Сами подскажут, а я подыграю. Скажу, что письмо хочу домой отправить. Нюте записку напишу. Попрошусь на прогулку. Надо тщательно все осмотреть».

− Вы занимались спортом?

− Спортивным ориентированием. Профессионально.

− Травмы были?

− Конечно. Последняя серьезная. Повредил спину после неудачного падения. Пришлось оставить любимое дело.

− А потом чем занялись?

− Устроился в фирму «Стройконсалтинг». Там и работаю, менеджером.

− Семья, дети? Есть?

− Да. Жена моя Женька и дочка Анечка. Я могу письмо написать?

− Конечно! В нашем реабилитационном центре это приветствуется. У вас хорошая динамика по выздоровлению. Какие еще пожелания будут?

− Хочется свежим воздухом подышать.

− Без проблем, организуем. Я рад за вас!

Доктор вышел из-за стола и пожал руку. Светлана Романовна попросила подождать за дверью, и Антон послушно вышел в коридор.

Нахмуренная старшая медсестра покинула кабинет и позвала за собой в столовую-холл. Она выбрала свободный стол и положила несколько тетрадных листков в клетку и шариковую ручку. «Можешь писать», − смилостивилась Герцогиня и отправилась к наблюдательному посту. Антону нравилось раздавать людям прозвища. Он захотел поклониться, но вовремя остановился и взялся за сочинение.

«Начнем. Кому? Санитарке? Вдруг подойдет и проверит текст Герцогиня? Женьке? Любимая моя Джоконда! Стоп! Нельзя, будут перечитывать, проверять. Забыл, где застрял? Надо сварганить два. Одно жене, а секретное Нюте. Но такое, что неизвестно кому. Вдохновение, приди! Оказывается, сложно быть писателем! Интересно, чем другие заняты? Художник – молодец! Очередную картину малюет, сколько на стенах висит! Мим – артист! Постоянно рожи корчит и выпендривается. Скульптор. Весь пластилин перевел. Гипнотизер. Часами в одну точку смотрит. Философ. Опять вошел в роденовский образ. Каспаров. Обыгрывает только себя. Чапаев к нему подходит. Сейчас начнется, фигуры с доски полетят как шашки! Стоп! Хватит бездельничать, быстро пишем!»

«Милая моя! Скоро праздник! Под елкой ждут подарки! Твой Антон», − внимательно перечитав, автор восхитился гениальным произведением. «Елкой» прозвала Нюта раскидистый столетник в коридоре, украшенный новогодним дождиком одним из больных. Любимое растение она заботливо обхаживала несколько раз в день.

Оставалось передать записку. Антон осторожно переложил ее вниз под чистые листки и написал домой: «Дорогие мои женщины! Я вас очень люблю и скучаю. Иду на поправку. Доктор сказал, что у меня хорошая динамика по выздоровлению! Ко мне полностью вернется память. Целую, ваш папочка».

У шахматной доски разворачивалась настоящая битва. Герцогиня грозно приближалась к полю боя. Петя семенил рядом. Антон быстро смял записку, скатал в шарик и сунул за щеку. Подхватив тетрадные листки и ручку, кинулся наперерез к старшей медсестре: «Светлана Романовна, мое письмо!»

Спрятав в карман протянутый сверток, она чуть не сбила с ног Антона. Ледоколом врезалась старшая медсестра, разнимая борющихся возмутителей спокойствия. Разлетевшиеся во все стороны шахматные фигурки трещали под ногами. Герцогиня держала за шиворот Чапаева, а Петя схватил за пояс Каспарова. Началось соревнование «перетаскивание каната».

Подлетевшая Вера вонзала шприцы в ягодицы борцов как матадор шпаги в корриде. Десантом нагрянули в холл бандитского вида спецназовцы-санитары. Воспользовавшись суматохой, Антон проскользнул в коридор, а затем в подсобку. Он запихнул в карман сменного халата расправленный листик и вернулся назад.

Разбушевавшихся «шахматистов» спеленали и повели в «чистилище» (так окрестил второй этаж Философ). Светлана Романовна велела разойтись по палатам взбудораженным пациентам. Появилась Нюта с неразлучным инвентарем для уборки. Проходя мимо, она подозрительно оглядела Антона. Он галантно посторонился, приподнимая воображаемую шляпу.

Глава 8

Послеобеденный отдых подразумевался как дневной сон. Спать совершенно не хотелось. Антон рассуждал: «Заложит Нюта, когда найдет первую таблетку? Не должна. По сути это взятка. Что дальше? Попробую смыться! Куда бежать? Где искать Макса? Хоть бы радио играло! Ничего в голову не лезет. Стоп. Телевизора здесь тоже нет. Сигнал отсутствует? Точно! Его не стало при въезде в аномальную зону! Насколько она большая, где ее границы? Как выбраться? Думай!!! Итак. Сначала оползень перекрыл шоссе, погнал по лесной дороге. Затем шлагбаум, и Макс исчезает. Это граница! Там его найду. Дальше к гаишнику. Он – проводник в зоне между реальностями и параллельными мирами!»

− Не спишь? – нависла коршуном над Антоном старшая медсестра.

− Вставать пора, − не растерялся он.

− Ты, голубчик, куда один тетрадный листок подевал? – зловеще и одновременно ласково допытывалась Светлана Романовна.

− Спросите у Нюты. Она убирала в холле после погрома, − не теряя самообладания, держался Антон на «допросе».

− Я спрашивала, она не знает, − Герцогиня пристально смотрела на «подозреваемо-го».

− Может, съел кто-нибудь? – сострил он.

− Смотри, шутник, доиграешься, − закончила осмотр в тумбочке медсестра.

«Не сдаст санитарка, ведь про записку не сказала!» − обрадованный Антон пошел за порцией молока и лекарства. Проверенным способом он задержал таблетку во рту, а потом спрятал под елку. Нюта проветривала палаты.

Пациенты топтались возле холла. Петя и Вера Романовна расставляли п-образно столы. «Готовимся к банкету? Давайте помогу», − предложил Антон, оттаскивая стулья. Больные рассаживались под руководством старшей медсестры. Пришел Виктор Иванович и огласил тему занятий: «Сегодня мы проведем несколько тестов. Основная цель − определение состояния пациентов нашего отделения».

Светлана Романовна и Петя ассистировали доктору. Раздали чистые листы бумаги и карандаши. Виктор Иванович продолжил: «Нарисуйте, пожалуйста, круглые часы с цифрами, и чтобы стрелки показывали без пятнадцати два».

Антон поставил точку и отмерил приблизительно три сантиметра. Взял расстояние за радиус и стал наносить короткие штрихи, соединяя в окружность. Проставив арабскими цифрами нумерацию от одного до двенадцати, нарисовал большую и маленькую стрелки напротив девятки и двойки. Внизу добавил две ножки, а наверху квадрат. Получился будильник. Антон заскучал в ожидании следующего задания.

Требовалось нарисовать дерево, и он с удовольствием принялся за дело. Высунув от старания язык, Антон наряжал новогоднюю елку. Пушистую ель он украшал игрушками, гирляндами, конфетами и так увлекся, что отстал от всех. Виктор Иванович с интересом наблюдал за процессом, стоя рядом.

Потом раздали «опросник» с группами из утверждений. Нужно было отмечать только одно, которое соответствовало ощущениям.

1. Мне не грустно.

2. Мне грустно или тоскливо.

3. Мне все время тоскливо или грустно, и я ничего не могу с собой поделать.

4. Мне так грустно или печально, что я не могу этого вынести.

«Грустно? Здесь так весело, обхохочешься!» − удивился Антон, подчеркивая первое утверждение.

1. У меня не потерян интерес к другим людям.

2. Я меньше, чем бывало, интересуюсь другими людьми.

3. У меня потерян почти весь интерес к другим людям и почти нет никаких чувств к ним.

4. У меня потерян всякий интерес к другим людям, и они меня совершенно не заботят.

«Куда там! Очень интересно!» − обвел единицу Антон.

1. Я смотрю в будущее без особого разочарования.

2. Я испытываю разочарование в будущем.

3. Я чувствую, что мне нечего ждать впереди.

4. Я чувствую, что будущее безнадежно и поворота к лучшему быть не может.

«Впереди крутой поворот!» − всплыл припев из популярной песни в «восьмидесятые» и Антон снова отметил первую строку.

1. Я принимаю решения примерно также легко как всегда.

2. Я пытаюсь отсрочить принятие решений.

3. Принятие решений представляет для меня огромную трудность.

4. Я больше совсем не могу принимать решения.

«Пожалуй, второе», − поколебавшись, определился Антон.

1. Я не чувствую себя неудачником.

2. Я чувствую, что неудачи случались у меня чаще, чем у других людей.

3. Когда оглядываюсь на свою жизнь, я вижу лишь цепь неудач.

4. Я чувствую, что потерпел неудачу как личность.

«Хороший вопрос», − призадумался Антон и в конечном итоге обвел тройку.

1. Я не испытываю никакой особенной неудовлетворенности.

2. Ничто не радует меня, так как раньше.

3. Ничто больше не дает мне удовлетворения.

4. Меня не удовлетворяет все.

«Что тут может удовлетворять!» − возмутился Антон, с нажимом обводя четверку.

1. Я могу работать примерно также хорошо, как и раньше.

2. Мне нужно делать дополнительные усилия, чтобы что-то сделать.

3. Я не могу выполнять никакую работу.

«Я горы сверну, чтобы выбраться!» − с энтузиазмом подчеркнул Антон первое высказывание.

1. Я не чувствую никакой особенной вины.

2. Большую часть времени я чувствую себя скверным и ничтожным.

3. У меня довольно сильное чувство вины.

4. Я чувствую себя очень скверным и никчемным.

«Не виноватая я!» − Антон вспомнил Светлану Светличную в «Бриллиантовой руке» и весело поставил себе «кол».

1. Я не испытываю разочарования в себе.

2. Я разочарован в себе.

3. У меня отвращение к себе.

4. Я ненавижу себя.

«Я лучше всех!» − подчеркнул гордо первое предложение Антон.

1. Мой аппетит не хуже чем обычно.

2. Мой аппетит не так хорош, как бывало.

3. Мой аппетит теперь гораздо хуже.

4. У меня совсем нет аппетита.

«Могли бы и лучше кормить», − подумал Антон и все равно обвел единицу.

1. У меня нет никаких мыслей о самоповреждении.

2. Я чувствую, что мне было бы лучше умереть.

3. У меня есть определенные планы совершения самоубийства.

4. Я покончу с собой при первой возможности.

«Не дождетесь!» − гневно отреагировал Антон и выделил овалом первое предложение. Чувствуя себя как на экзамене, он поднял руку. Виктор Иванович жестом остановил старшую медсестру, взял протянутый лист и проверил. Удовлетворенно кивнув, посмотрел на Антона. Открытое лицо пациента выражало покорность и просило благодарности.

Глава 9

После ужина Светлана Романовна подозвала Антона: «Доктор разрешил прогулки, Петя старший. Иди!» Окрыленный известием, он едва не бросился бежать. «Спасибо», − коротко поблагодарил Антон и пошел к столу дежурной медсестры, мимоходом проверив столетник. Под листьями ничего не было.

Коротконогая женщина, похожая на карлика, и Петя выдавали обувь для прогулки. Засунув босые ноги в поношенные черные туфли, Антон поинтересовался, где носки и остальная одежда. Больные захихикали, поглядывая на санитара и завхоза Надю. «При выписке получишь», − сказала сестра-хозяйка. «Становись в строй!» − почувствовал себя командиром «пацифист по убеждениям».

Петя сопровождал пациентов через просторный вестибюль. Первым за ним шел Философ, потом Скульптор, Мим и Антон. Возле закрытой двери с глазком находилась пропускная вертушка. За стеклом перегородки сидел мужчина в годах и листал потрепанный журнал. От комнаты вахтера гранитные ступени уходили вверх. Под лестничными пролетами аппендицитом заканчивался вестибюль. Там в полумраке над дверным силуэтом призывно светилась надпись «выход». Петя щелкнул замком, и сердце Антона учащенно забилось.

Первое препятствие охладило разыгравшееся воображение. Серый забор ограничивал территорию больницы. Над трехметровым железобетонным сооружением в четыре ряда проходила колючая проволока. Густой лес манил, чуть-чуть не дотягиваясь ветвями к неприступному ограждению.

Петя вел группу по дорожке вдоль корпуса. Между забором и покореженной отмосткой вытянулись ровной линией молодые сосны и ели. Ярко-зеленая трава играла на солнце. Теплый ветерок шевелил аккуратно постриженный газон.

Свернув за угол, они оказались на асфальтированной площадке, рассеченной от старости морщинами трещин. По периметру расположились деревянные скамейки. Рядом торчали голыми трафаретами металлические обрамления для информационных щитов.

За волейбольной сеткой двухэтажное здание дымило трубой. Гимнастические брусья и турник блестели потертостями возле крыльца. Цветочная аллея от спортивной площадки до теплицы украшала спартанскую обстановку. «Похоже, что здесь дислоцировалась воинская часть», − сделал вывод Антон.

«Стой! Равняйсь! Смирно!» − тонким голосом выкрикивал Петя. Антон прогуливался, изучая обстановку. Побледневший от злости волонтер подскочил к непослушному пациенту.

− Стать в строй! – орал толстяк.

− Петя, не перегибай палку! – с нажимом парировал Антон.

− Ты не понял?! Думаешь, если выбился в любимчики к доктору, теперь все дозволено? Он новенький, а настоящая хозяйка – Светлана Романовна! Я ее родственник, между прочим. Захотелось погулять? Выполняй команды! Теперь ты на особом счету! – Петя раскрыл карты.

− Понял. Разрешите стать в строй? – изменил тактику Антон, осознав перспективу.

− Идите, рядовой! – вернулся в игру командир.

Антон печатал шаг и четко делал отмашку. Показав армейскую выправку, он стал в шеренгу удивленных «солдат». «Отделение! На первый-второй, рассчитайсь! На право! Шагом марш!» – упивался властью Петя.

«Подразделение» маршировало по квадрату плаца. Мим вытягивал ноги как цапля. Философ пружинил, раскачиваясь в стороны. Скульптор напоминал Буратино несгибаемыми руками. «Рядовой» Антон, вживаясь в роль Швейка, глупо улыбался. Санитар веселился от души, подгоняя подчиненных: «Раз, два, раз, два, левой, левой!» Трое «качков» вышли покурить на спортивную площадку и присоединились к коллеге. Тыча пальцами в шагающих пациентов, они хохотали, как в зоопарке смеются над забавными животными.

От унижения горели щеки и наворачивались слезы. Представив себя на параде, Антон выпрямил спину и тянул носок воображаемого сапога. Он не обращал внимания на ущербных зрителей. Антон остудил бушевавший вулкан и прислушивался к разговору санитаров.

− Петя, по тебе армия плачет. Из смешных птенцов, каких орлов готовишь! – похвалил волонтера, улыбаясь золотыми зубами, с виду бывший боксер.

− Перевоспитываем! – загордился командир.

− У тебя талант к военному делу! – подмигнул дружкам широкоскулый тип со шрамом на подбородке.

− К людям подход необходимо найти, − хвалился Петя.

− И они к тебе потянутся! – рассмеялся третий веснушчатый спортсмен.

− Стой! Разойдись! Можно курить, − великодушно разрешил командир, протягивая сигареты подобострастно улыбающимся больным.

Антон пошел к турнику.

− Эй, ты куда? − окликнул Петя.

− Я не курю, − подтягиваясь, крикнул в ответ Антон.

«Когда же я бросил?» − удивился он, спрыгнув вниз.

− Кто не курит, тот работает! Правильно? − обратился Петя к «трем богатырям».

− Не трогай чудака. Он с характером, − предупредил золотозубый.

− Посмотрим, − тихо проговорил волонтер и раздраженно продолжил: − Хватит на сегодня! Собираемся, конец прогулке.

Антона ожидал сюрприз. Его переселили в другую палату. Вера Романовна показала койку Чапаева. Его и Каспарова продолжали держать в чистилище.

«Здравия желаю! Не только по плацу шагать, но и спать одной командой в казарме придется», − балагурил Антон. «Казарма» отличалась от предыдущей палаты наличием соседей. Ему явно не были рады. Мим вывернул руку и почесывал лысину. Вытянув губы трубочкой, он изображал шимпанзе. Скульптор трансформировал подушку, придавая ей различные формы. Философ отвернулся к окну. «Бог с вами!» − обиделся Антон, расстилая постель.

Глава 10

Завалившись в койку, он повернулся лицом к стене и стал анализировать: «Через забор не перелезешь. Военные умели охранять территорию. Выход все равно найдется. Стоп! Аварийный выход. Вспоминаем гражданскую оборону. На случай защиты от оружия массового поражения в подвалах зданий устраивают убежище. Вентиляционный канал совмещается с галереей аварийного выхода. Оголовок воздухозаборника находится на определенном расстоянии. В случае разрушения здания люди покидают укрытие. Отлично! Надо попасть обязательно в подвал и выбираться отсюда!»

Следующий день начался сдачей крови на анализ, традиционного молочного завтрака, подарка под елку и нового сюрприза. Антон рассматривал картины, довольно своеобразные. Основной темой было изображение мыслей, роящихся в головах людей. Художник рисовал конкретные предметы вместо листьев лианы, вьющейся из открытого мозга. Если бы Антон не знал автора, то подумал, что это выставка произведений сюрреалистов.

Герцогиня похлопала по плечу увлекшегося искусством пациента: «Хватит прохлаждаться. Доктор со мной согласился и назначил активную трудотерапию. Поступаешь в распоряжение Нади. Она проинструктирует. Для начала займешься уборкой туалета». «Всплыли скрытые угрозы кривоногого родственника», − констатировал неприятный факт Антон.

Сестра-хозяйка выдала круглую пластмассовую коробочку с мятным порошком, тряпку, ведро и зубную щетку. «Нюта забрызгала кафель возле унитазов. У нее много работы, я понимаю. Помоги женщине, дружок», − пропела Надя и ушла. Антон посмотрел на свалявшиеся грязные волоски щетки, вспомнил дедовщину в армии и мифы Древней Греции: «Авгиевы конюшни. Подвиг Геракла. Поехали!»

Набрав воды, он намочил тряпку и попробовал стереть несколько засохших черных точек на белой плитке. Грязные потеки не улучшили картину. Пришлось взяться за щетку. Медленно, но верно пятна исчезали. «Да здравствует мыло душистое, зубной порошок и чистый горшок!» − подбадривал себя Антон. Затекали руки, ныла спина, пекла ободранная кожа на щиколотках после строевой подготовки. Заглянула старшая медсестра и удалилась, не сказав ни слова. «Посмот-рим, кто кого», − упорствовал Антон.

− Ой, Антоша! За что тебя наказали? – санитарка пришла за водой.

− Врач трудотерапию прописал, − Антон сдвинул брови.

− Светлана Романовна стала врачом? – всплеснула руками Нюта.

− Она всех профессоров переплюнет, − Антон поддержал иронию.

− Давай я кислотой вытру, отдохни, − прониклась санитарка.

− Нюта, скажи честно. Из-за таблеток стараешься? – решил удостовериться Антон.

− Нет, что ты! Спасибо огромное. Внуку очень помогают, − опустив глаза, поблагодарила она.

− Не за что, − Антон высокомерно сделал одолжение.

− Отойди к двери, посторожи, − перешла на шепот Нюта, принимаясь за уборку.

Санитарка закончила грязную работу и ушла. Антон для вида вытирал уже чистую поверхность. Нагрянула завхоз и опешила.

− Ты, оказывается, труженик.

− Стараюсь.

− Интересно, почему?

− Мне работать полезно. Я в вашем распоряжении. Готов к труду и обороне!

− Удивил, весельчак.

После ужина старшая медсестра объявила, что отделение идет играть в волейбол. Оживился даже Гипнотизер, довольно прихлопывая в ладоши. Петя крутил мяч, флиртуя с молоденькой прыщавой сестричкой Зиной. Антона придержала за рукав Надя: «Вас я попрошу остаться!» Разочарованию не было предела. «Тоже мне Мюллер нашелся», − мысленно проклинал он сестру-хозяйку. «Пора менять всем постель. Собирай белье в узел. Отнесем в прачечную», − распорядилась завхоз.

Получился приличный тюк. Антон вскинул его на плечо и потащился за Надей. Они пересекли вестибюль и свернули в коридор. Минуя поворот, пошли вниз по пологому спуску. «Неужели идем в подвал?» − не верил удаче Антон.

Плафоны в защитном кожухе бледно-желтым светом подсвечивали таинственный лабиринт. Ряды труб и продолговатые короба скрывались в полутьме над головой. Зеленые прямоугольники скрывали за собой неизвестность. Надя дернула разбухшую дверь, и влажный воздух вырвался навстречу. Антон шагнул в легкий туман.

В запаренном помещении бормотали машины с круглыми иллюминаторами. Перегородка разделяла комнату на две зоны. В одной половине находилась прачечная, а в другой гладильная. Струя воды била в стену, заливая пол. Сестра-хозяйка недовольно сморщилась.

− Складывай наволочки и простыни вместе, а пододеяльники отдельно, − Надя устало подкатила две тележки.

− Вы прямо королева подземного государства, − Антон поклонился в реверансе, изображая преданного слугу.

− Смотри, не ляпни при других. Уже есть Королева, − назидательно подняла указательный палец вверх и улыбнулась завхоз.

− Понял, не дурак. Трубу прорвало. Могу помочь, − Антон внимательно следил за реакцией Нади.

− Правда? У меня сантехник запил. Буду признательна, − обрадовалась она.

− Инструменты нужны, − потребовал Антон.

− Хорошо, давай позже разберемся. Сейчас возьмем чистое, нужно застилать еще. Выходи в коридор, я вынесу, − распорядилась начальница.

Антон изучал внимательно коммуникации. Надя подала тяжелую стопку выглаженного белья. Следуя за сестрой-хозяйкой, он более детально рассматривал подвал: «Вход в убежище должен отличаться специальной конструкцией и удобным месторасположением. Поищу возле пандуса, по которому спускались. Вот она! Бронированная дверь с рычагами! Надо привести весомый аргумент, чтобы попасть внутрь».

Погруженный в себя Антон отвлекся в вестибюле. Рядом с вертушкой старшая медсестра прощалась с мужчиной в светлом костюме. Уверенная походка и ровный загар обритого наголо посетителя смутно встревожили Антона.

Заправляя очередную постель, он решился развеять сомнения.

− Надя, что за кавалер прощался у выхода с Королевой? – как бы невзначай спросил Антон.

− Ревнуешь? – игриво спросила завхоз.

− Просто любопытно. Бизнесмен? – поинтересовался он, затаив дыхание.

− Ты не ошибся. Андрей Николаевич занимается лесозаготовками. Как директор благотворительного фонда он помогает не только больнице. Дает людям постоянную работу, − с уважением отзывалась Надя.

У Антона все перевернулось внутри. Кошмар пережитого плена рвался наружу. Антон схватился за живот и отпросился в туалет. Его знобило и рвало. Открыв кран, он беспрерывно умывался и длинными глотками пил холодную воду.

Глава 11

Накативший страх отпустил лишь с рассветом. Резиной тянулось время, пока он снова не оказался в подвале. Вода по-прежнему заливала прачечную. Надя открыла комнату сантехника. Деревянный столик с тисками, засаленное кресло и шкаф поместились в небольшой мастерской. Антон переобулся в резиновые сапоги, покопался в ящиках верстака и выбрал разводной ключ.

− Попробую перекрыть воду, чтобы сбить давление, – объяснил он.

− А как же стирка? Машины еще работают. Нужна вода, − забеспокоилась сестра-хозяйка.

− Хорошо, я полностью закрывать не буду. Затягивать тоже нельзя, трубу порвет и понадобится сварка, − рассказывал подробно Антон.

− Боже, упаси! Где я сварщика найду? Давай аккуратно, − перепугалась Надя.

− Тогда я проверю схему подачи воды, − Антон добился желаемого.

Он осмотрел подводку к стиральным машинам и пошел по коридору вдоль труб. Антон потянулся ключом вверх к первому попавшемуся вентилю и попробовал его прокрутить. Надя подсвечивала фонарем. Старая краска посыпалась шелухой на задранную голову сестры-хозяйки. Не обращая внимания, он гремел инструментом. Надя отплевывалась и вытирала рукавом глаза. Антон отвлекся, забрал фонарь и помог отряхнуться.

− Как же вас угораздило?! Поморгайте, я подсвечу и вытру, − негодовал Антон.

− Не лезь, − отстранилась завхоз.

− Промыть надо. Давайте проведу к медсестре, − Антон озабоченно взял под руку Надю.

− Еще чего! Опозорить хочешь? Пациент оказывает помощь медперсоналу! Лучше с водой разберись до конца! – категорически отказалась сестра-хозяйка.

− Не переживайте. Отремонтирую и закончу стирку в лучшем виде! – пообещал Антон, провожая к выходу начальницу.

− Дальше не надо. Сама дойду, − смягчилась Надя.

Антон прислушался к удаляющимся шагам и развернулся к заветной двери. Он закрыл глаза и слегка приподнял голову, расслабляя мышцы и выравнивая дыхание. Антон готовился к самому главному старту.

Тяжелая дверь подалась с трудом. Еще одна закрывала короткий тамбур. С усилием провернулся красный штурвал по стрелке. Антон включил фонарь, прошел в убежище и задраил вход. Пучок голубоватого света забегал по сторонам. На стене три выключателя различной формы приглашали коснуться клавиш. Он потянулся и тут же одернул руку, остерегаясь воя сирены. Предстоял поиск во тьме.

Каждый шаг громом разносился в пустоте коридоров бункера. Антон торопился, бегло осматривая помещения. Некоторые были завалены сломанной мебелью. В других находились: емкость с запасом воды, дизельная электростанция, санузел, тепловой пункт, щитовая. Большая комната с койками в два яруса предназначалась для отдыха. Антон метался, злился на пыль и острые углы, возникающие ниоткуда.

Он открыл последнюю дверь. Молотком стучало в голове, пересохло горло и взмокли подмышки. В метре от пола наградой блестел серебристый ставень. Короткие рычаги пришлось отжимать ключом. Люк, не открывавшийся годами, со скрежетом подался. Антон перекрестился, согнулся и на четвереньках полез в черный тоннель.

«Почему впереди темно? Сколько еще ползти? Вдруг выход завалило?» − беспокойные мысли терроризировали Антона. Бетонный колодец узкого лаза сжимал пространство. Не хватало воздуха, сердце выскакивало из груди, барабанной дробью вибрировало тело от ледяной дрожи. Антон ускорялся, гонимый паническим страхом. Свет от фонаря запрыгал по кирпичам стены, и он остановился, дыша как загнанная лошадь.

Внезапный тупик отбирал неожиданно предоставленный шанс. У Антона подкосились руки и ноги. Он завалился набок, сотрясаясь в конвульсиях. Льющиеся слезы разбавляли соленый пот и заливали рот. Подкатившая тошнота вырвалась на свободу, выбросив струю горькой слизи. Опустошенный Антон откашлялся и пере-вернулся на спину.

Затылок уперся в холодную стену. Прохладный ветерок умывал распаренное лицо. Тонкие белые черточки рябили в глазах. Антон зашевелился и медленно приподнялся, опираясь на локти. Его взгляд с надеждой устремился вверх.

В кирпичной кладке торчали ступеньками металлические скобы. Подземная галерея оканчивалась вертикальной шахтой. Антон взял ключ, выключил фонарь и стал подниматься, цепляясь за дуги, навстречу полоскам света.

Он находился внутри надстройки вентиляционного канала. Оставалось сделать последний шаг. Антон посмотрел в щель и чуть не сорвался вниз. Ненавистная стена с колючей проволокой повергла в шок. Ужас несостоявшегося освобождения апперкотом вонзился в солнечное сплетение. Хватая ртом воздух, он схватился за поручень.

«Спокойно! Еще раз внимательно смотрим вокруг», − взял себя в руки Антон. Он нашел дверцу. Смазал слюной петли и щеколду. Поколдовал с несложным запором и осторожно выглянул наружу. Антон оказался по другую сторону больничного забора. Ликуя, он вальсировал между сосен. Увесистый ключ выпал из кармана и стукнул по щиколотке, отрезвив Антона. Он сразу бросился наутек, опасаясь преследования.

Мелькали деревья, корни и пни ставили подножки. Летели в стороны сбитые шляпки грибов. Колючие иглы и ветки целились в глаза. Продираясь сквозь кустарник, Антон шагнул в пустоту и сорвался вниз, пытаясь на лету схватиться за тонкие корявые стволы. «Как на последних соревнованиях», − сравнил остроту ощущений во время падения с травмой, полученной когда-то давно, бывший мастер спорта.

Глава 12

Монотонный шум переливался в мозг. Неудобная подушка давила в висок и завернула щеку. Круглые пуговицы горели желтым огнем, просверливая насквозь. Антон отмахнулся рукой, прогоняя видение.

Коротко взвизгнув, ночной зверь исчез. Антон резко вскочил на ноги, настороженно прислушиваясь и оглядываясь. Никакой погони, только первобытная природа вокруг. Круглая луна выглянула из-за облака и осветила дно ущелья. Откосы, поросшие густыми зарослями, разделялись быстрой речкой. Журчание воды пробудило дикую жажду. Переступая по скользкой гальке, Антон подобрался к воде. Насладившись вдоволь, он намочил голову, пригладил мокрые волосы и решил обмыться. Из одежды остались разодранные майка и «семейные» трусы.

«Сапоги и халат застряли в кустах во время полета. Ключ и фонарь потерялись. Хорошо, что живой остался», − думал Антон, промывая болезненные ссадины и царапины. Ночное небо очистилось от туч, открывая звездную карту.

Антон определил направление движения. Путь вдоль реки к истоку казался наиболее верным. Открытое пространство над головой позволяло идти без компаса. Профессиональные навыки в спортивном ориентировании пригодились как никогда. Антон решил продвигаться по ночам, а днем отдыхать.

Река сужалась. Подъем становился круче с каждым шагом. Петляющая горная тропа привела к выступающему козырьку. Стараясь не смотреть вниз, Антон осторожно продвигался вперед. За изгибом скалы водопад перерезал путь. Измотанный беглец сдался и мгновенно уснул на каменной площадке.

Огненно-рыжий мех и белый кончик хвоста замелькали перед носом. Зевая, Антон громко чихнул, и перепуганная лиса исчезла в зеркале падающей воды. Надежда воодушевила еще недавно отчаявшегося заложника гор.

Антон приблизился к водопаду, обследовал на ощупь шероховатые поверхности, скрытые потоком. Затем набрал полные легкие воздуха и вошел в «зазеркалье». Мощная струя ударила и отступила, веером прикрывая со спины. Мелкими шажками он переступал по карнизу вдоль отвесной стены. Сделав очередной глубокий вдох, Антон прошел сквозь водную преграду. Последний отрезок подъема он преодолел как настоящий скалолаз и выбрался из ущелья.

Дальнейший путь стал легкой прогулкой. Антон сочинял мелодии и беззаботно насвистывал, любуясь красотой зеленого леса. Малинник в низине осчастливил проголодавшегося «туриста». Насобирав очередную горсть, он ел не спеша. Сладкая мякоть таяла во рту, даруя блаженство. Припекало солнце. Лесную тишину изредка нарушали птицы, лениво пересвистываясь в кронах деревьев. Вдруг красным сигналом светофора замигали яркие ягоды.

«Господи, сейчас лето! Как все запуталось! Срочно пробираться к границе! Бегом из проклятой зоны на поиски Макса!» − встрепенулся Антон. Его мысли завертелись вокруг возвращения в реальность. Широко шагая, он не заметил, что закончился лес. Острые углы щебня продавливали ступни. Антон в ступоре остановился посреди дороги.

Серебристый автомобиль посигналил и притормозил рядом. Распахнулась дверь, и вылез Макс: «Сколько можно тебя искать?» Антон бестолково улыбался. Товарищ похлопал его по плечу и усадил в машину.

− Макс, куда подевались царапины? – неожиданно спросил Антон.

− Зажило как на собаке. Прекращай во сне махать руками! – развеселился он, массируя правую щеку.

Вскоре «мазда» остановилась. «Приехали», − виновато опустив голову, тихо сказал Макс. Антон посмотрел в окно. Возле двери с глазком висела табличка: «Психиатрическая больница №13. Реабилитационный центр благотворительного фонда Сидорчука Ивана Романовича».

Просмотры: 983

In HorrorZone We Trust:

Нравится то, что мы делаем? Желаете помочь ЗУ? Поддержите сайт, пожертвовав на развитие - или купите футболку с хоррор-принтом!

Поделись ссылкой на эту страницу - это тоже помощь :)

Еще на сайте:
Мы в соцсетях:

Более 17,000 человек подписаны на наши страницы в социальных сетях. Подпишитесь и вы, чтобы не пропустить важные новости, конкурсы, интересные статьи, опросы, тесты и видео!



    В Зоне Ужасов зарегистрированы более 6,000 человек. Вы еще не с нами? Вперед! Моментальная регистрация, привязка к соцсетям, доступ к полному функционалу сайта - и да, это бесплатно!