Новости

Анатолий Уманский об ССК, Лаймоне, Стайне и экранизации своих рассказов

ИнтервьюКнигиКомментарии: 30

Его пример - другим наука. Еще несколько лет назад имя Анатолия Уманского мало кому мало о чем говорило. Знали его разве что на ресурсах вроде Фантлаба или нашего сайта - как хоррор-фэна, фаната хоррор-кино и литературы ужасов. Теперь же Уманский это: автор, чьи рассказы уже дважды открывали ежегодные антологии "Самая страшная книга"; человек, выступивший редактором русского издания знаменитого романа "Луна-Парк"; переводчик и редактор новых изданий Р. Л. Стайна в России. А один из собственных рассказов Анатолия может быть экранизирован. Совсем не слабо для автора, чья литературная карьера только-только началась. И да, чудовищный слон на обложке "Самой страшной книги 2019" - придуман Уманским.

Для начала давай познакомимся. Тебя знают как активного хоррор-фэна, в последнее время тебя все больше узнают еще и как автора, переводчика. Но что ты за человек — для всех загадка. С чего началось, а? Как ты пришел в хоррор, когда полюбил этот жанр?

За свою жизнь я успел сменить несколько интересов, и все они приобретали маниакальный характер. Где-то с семи лет я заболел диноманией, и однажды мама решила сводить меня на фильм «про динозавриков», которым оказался эпичный трэшак от конторы Роджера Кормана «Карнозавр-2». Роковая ошибка! Когда мы возвращались домой по темным, блестящим от дождя улицам, мне все время слышались позади громовые шаги тираннозавра. А спустя несколько лет в моих руках оказались ужастики Р. Л. Стайна, и будущий палеонтолог бесславно скончался. Потом Кинг, Маккаммон, Лавкрафт, Баркер, Лаймон, Литтл… Успенский с его знаменитым сборником «Жуткий детский фольклор»! На свое счастье, фильмы ужасов я все равно тогда почти не смотрел. Видак не работал, телек барахлил, и вообще ссыкотно было. Так что я просто жадно разглядывал красочные обложки кассет, читал аннотации, а воображение рисовало такой Адъ и Израиль, какого ни один режиссер этих фильмов в жизни воплотить бы не смог! Это здорово помогло развить фантазию.

Кто такой «Анатолий Уманский»? Где ты живешь, чем ты живешь — в смысле, занимает ли хоррор все твое свободное время или ты увлекаешься еще чем-то?

Да живу я, в общем-то, достаточно скучной жизнью в славном городе Екатеринбурге. Нормальное такое житие компьютерно-книжного червя. Читаю, в общем-то, не только ужасы… а, да кого я обманываю? Не только, но в основном. Из классики, помимо школьной программы, я, признаться, прочел только то, что было мне интересно, зато многократно перечитывал — я вообще почти всё хоть частично, да перечитываю. Иногда приятно перечитать книги своего детства — не ужастики, для контраста, так сказать. И еще я очень много смотрю кино — причем далеко не только ужасы.

Ты женат? Есть дети, сестры-братья, другие родственники? Как твои близкие относятся к твоим увлечениям?

Ну, пока, считаю, для собственной семьи я недостаточно твердо встал на ноги. А вообще, пользуясь случаем, хочу поблагодарить маму и покойного дядю, которые привили мне любовь к чтению, когда я еще пешком под стол ходил. Дядя, увы, ненавидел «ужастики» всеми фибрами своей души, но нет лучше способа превратить увлечение в призвание, чем вопрошать «Зачем тебе эта гадость?».

В прошлом году в серии «Мастера ужасов» вышел роман Ричарда Лаймона «Луна-парк». И я с удивлением увидел в выходных данных книги, что ты был ее редактором. Расскажи, как так получилось, что тебя привлекли к работе над этим изданием?

Собственно, я редактировал перевод «Луна-парка» еще для малотиражки, так что за этим переводом обратились ко мне. Поскольку за пять лет я сильно прокачал редакторские навыки, то попросил разрешения провести повторную вычитку. И за голову схватился от своего тогдашнего уровня. Думаю, итоговая версия получилась вполне добротной.

БУК24 (КУПИТЬ)

Я всегда воспринимал Лаймона как литератора, не хватающего звезд с неба: у него простой язык, довольно простые сюжеты. Его легко и довольно интересно читать, да, но мне его проза кажется чем-то вроде «литературы для мальчиков переходного возраста». Хочу спросить у тебя, как у фэна и специалиста по Лаймону, — в чем его секрет? Почему в США он имеет прямо-таки культовую славу?

Начнем с того, что Лаймон очаровывает как раз этой своей «подростковостью». В его произведениях нет места взрослой усталости, разочарованию в жизни; этот человек любил жизнь во всех ее проявлениях, отсюда и ярко выраженная сексуальность его историй, и заманчивые описания еды, дотошность к деталям и непреходящий оптимизм. Его герои — и злодеи тоже! — всегда рады приключениям, всегда готовы кардинально поменять свою жизнь. Все, что не убивает, делает героев сильнее и счастливее вопреки пережитому, всем смертям назло. Столкновение со злом в книгах Лаймона — это не только угроза жизни, но и захватывающее приключение, шанс победить, сделать мир лучше, избавив его от зла, спасти немало жизней и поверить в себя. Из всей литературы ужасов разве что Роберт Маккаммон может сравниться с Лаймоном в позитивном мышлении, хотя у него намного меньше цинизма (и секса, да). И, как и у Маккаммона, язык Лаймона, несмотря на простоту, бывает очень выразителен и красив. А еще ощущение тайны, загадки, скрытой в обыденности…

Но на самом деле, Лаймон не всегда так прост, как кажется. Тот же «Луна-парк», повествующий о группе подростков, которые пытаются самыми радикальными методами очистить родной городок от нахлынувших туда отвратительных бомжей, оказался пугающе созвучен тому, что сейчас происходит в Европе с неконтролируемыми потоками мигрантов. Но помимо приговора чрезмерной толерантности (блистательно высмеянной автором в образе агрессивно-либеральной журналистки) в этом романе затрагивается куда более серьезная, извечная проблема — опасность расчеловечивания для тех, кто добровольно поднялся на борьбу со злом. Неплохие, в сущности, ребята за короткое время превращаются в убийц и садистов, готовых не раздумывая подчиняться своей красавице-атаманше. А один из героев, застенчивый паренек, примкнувший к банде из-за страсти к предводительнице и желания любой ценой влиться в коллектив, постоянно встает перед нравственным выбором — и каждый раз совершает ошибку, которая неумолимо ведет его навстречу судьбе. Таким образом, это еще и история об опасностях, что подстерегают нас в юности, главная из которых — это мы сами. Так что старина Ричард иной раз бывал ой как не прост.

Скоро выходит покет-переиздание «Самой страшной книги 2019», «Шепот крика». Книгу эту открывает твой рассказ «Господин Элефант». И это уже третья подряд твоя публикация в этой серии ежегодных антологий. Ты лихо начал, прямо скажем, но ведь сначала ты побывал читателем этих книг. Когда и почему ты решил попробовать силы в качестве автора?

После участия в отборе в «Самую страшную книгу-2015». Должен сказать, ССК-2014, хоть и содержал несколько жемчужин, не вызвала у меня ощущения, что в упадочном гетто русского хоррора что-то значительно изменилось. Такое впечатление появилось у меня только при знакомстве с рассказами, отбиравшимися в ССК-2015. Я и сейчас готов утверждать, что именно с него, а не с первого сборника начался настоящий расцвет жанра. И мне захотелось стать причастным к этому.

БУК24 (КУПИТЬ)

Первый рассказ, с которым ты пробовал пройти отбор в «Самую страшную книгу», провалился. Как он назывался, «Змей»?.. Я его помню и, чего уж там, это действительно слабая, совсем еще ученическая вещь. Однако уже следующая твоя история, «Америка», оказалась на голову выше. Ее даже экранизировать могут — потрясающий успех для дебютной публикации. Раскрой секрет — думаю, это может быть полезно для многих начинающих — за счет чего тебе удалось добиться такого прогресса, разом перейти из категории не особо умелых МТА в категорию крепких, востребованных авторов?

Наверное, потому что «Америку» я писал с холодной головой, уделяя больше внимания истории, тогда как «Змей» был написан под впечатлением от известных печальных событий в соседнем государстве. Я был целиком поглощен антивоенной тематикой, и мне захотелось написать историю о безумии войны в духе «Полигона» Севера Гансовского. Эта тема у меня и дальше прослеживается, но, надо думать, я все-таки научился держать баланс между историей и тем, что я хочу выразить в ней. История всегда первична. И все-таки «Змей» мне нравится. Надеюсь, что однажды доведу его до ума, и он-таки увидит свет.

С «Америкой» вышло забавно. Итоговый вариант я написал за пару дней до дедлайна, а в первоначальной версии индейцы насылали на русский форт Вендиго, который вызывал у обитателей сильнейший голод, доводя их до каннибализма. И только после начала отбора я наконец купил ССК-2016 и прочел рассказ Алексея Провоторова «Мужики»… ну да, о лесном духе, который насылал на деревню лютый голод, доводя жителей до каннибализма. Меня прошиб ледяной пот. Учитывая, что именно успех «Америки» дал мне мощный толчок к дальнейшим писаниям, могу сказать точно: не приди мне тогда в голову совершенно другое направление истории, я бы сейчас вряд ли давал это интервью. Судьба, не иначе.

Что ты можешь сказать насчет экранизации «Америки», какие новости на сей счет?

Ну, пока что куплен опцион на год, то есть, права еще не куплены, а только застолблены за продюсером Владиславом Северцевым. Но поскольку он едва ли из тех, кто разбрасывается деньгами, рискну предположить, что значительный шаг к экранизации уже сделан…

Вообще твои рассказы, на мой взгляд, весьма кинематографичны, что, наверное, связано с увлечением фильмами ужасов. Твои аватары в социальных сетях регулярно меняются, и почти всегда ты используешь кадры и постеры из старых хорроров. Не могу не спросить, как фэн фэна, какие жанровые картины для тебя — абсолютный топ, какие фильмы ужасов ты любишь больше всего?

Больше всего мне нравятся фильмы 80-х — 90-х, у них совершенно неповторимая, уютная какая-то атмосфера. Кое-что из 70-х. Наверное, наиболее любимые фильмы — «Калейдоскоп ужасов» 1-2 и «Кладбище домашних животных» 1-2 (возмутительно недооцененные фильмы, в особенности второй), фильмы Данте, Гордона, Карпентера, Крейвена, некоторые фильмы Брайана Юзны… Из более современного я считаю абсолютным шедевром хэллоуинскую антологию Майкла Догерти «Кошелек или жизнь». Конечно, нравятся мне и намного более брутальные и мрачные картины, но любимыми я бы их не назвал. Уж больно близок мне Лаймоновский взгляд на жанр.

А если говорить о литературе — какие произведения коллег по перу (я имею в виду современных русскоязычных авторов) тебе нравятся?

Тут трудно выбрать… Но попробую: «Вилами по воде», «Трапезу» и «Ряженого» Дмитрия Тихонова; «Навсегда» и «Таймер» Александра Матюхина; «Чвянь», «Лягушка – прожорливое брюшко» и «Царский гостинец» Елены Щетининой; «Демьяновы фильмы» Александра Подольского; «Сабетхет» Владимира Кузнецова, впервые за долгие годы чтения ужасов вызвавший приятные мурашки; «Мост» и «Страна тараканов» некоего Михаила Парфенова; «Костяной» Алексея Провоторова; «Искусство любви» и «Никогда» покойного Владислава Женевского; «Африкан», «Поющие в глубинах» и «Ползущий» Максима Кабира; «Где живет Кракен» Олега Кожина; «Рядом с тобой» Ивана Белова; роман «Вьюрки» Дарьи Бобылевой; «Холодные звонки» Михаила Павлова (весьма недооцененный рассказ, как по мне); «Тишина в дождевой капле» Николая Иванова; «Что-то в дожде» и «Другая жизнь» Бориса Левандовского… Наверняка кого-то забыл, не обижайтесь, ребята.

Иллюстрация к рассказу "Америка" из "Самой страшной книги: Лучшее"

Из трех опубликованных твоих рассказов — «Америка», «Гран-Гиньоль», «Господин Элефант» — мне больше нравятся первый и третий, но я знаю читателей, которым «Элефант» не особо зашел, а вот «Гран-Гиньоль» они считают лучшей твоей работой. Интересно, а сам ты какую историю из этого трио больше всего любишь?

А это как раз «Гран-Гиньоль». Работая над ним, я получил возможность отдать дань уважения всему, что когда-либо разжигало мою фантазию, а заодно и поиграть со стилистикой; я старался воспроизвести манеру французских авторов — размеренное, слегка отстраненное повествование, перемежающееся бурными эмоциональными всплесками. Кроме того, я всегда находил тему садизма и бессмысленной жестокости наиболее пугающей из всех, что поднимает жанр ужасов. Кроме того, это дало мне возможность творчески осмыслить исторические события, которые и по сей день влияют на весь мир. «Господин Элефант» у меня на втором месте — а когда я отправлял его на отбор, то вообще воспринимал достаточно критически, так как к тому времени не успел довести до ума. Неудивительно, что реакция на итоговый вариант намного теплее, чем на тот, что участвовал в конкурсе. Но, опять же, этот сюжет позволил мне затронуть волнующие меня темы, а ведь изначально планировался простой зоохоррор со слоном в главной роли и хэппи-эндом в конце. Что касается «Америки», она скорее дорога мне как первое признание, что я чего-то стою как автор.

Сейчас идет отбор в «Самую страшную книгу 2020», в котором участвует и очередной твой рассказ. Желаем удачи, конечно, но вообще странно, что тебя не видно в других антологиях. Почему так? Кроме того, мне кажется, ты тяготеешь к сюжетам довольно обширным, с большим количеством действующих лиц и событий. Поэтому возникает естественный вопрос — почему только рассказы? Не пора ли попробовать силы в крупной форме? Или что-то мешает?

Скоро я собираюсь расправить щупальца немного пошире — Олег Кожин предварительно одобрил для новой антологии о ведьмах и колдунах рассказ «Яко тает дым», который не прошел отбор в ССК-2018. И очень хорошо, что не прошел, так как я получил возможность основательно доработать и расширить его. Это такая история-страшилка, основанная на довольно известном фольклорном сюжете, только с легкими элементами сплаттерпанка, перенесенная в эпоху «лихих 90-х» — времени, которое всегда меня занимало. А вообще, я мог бы публиковаться больше, кабы не лень-матушка. Отчасти вызванная и тем, что пишу я не так чтобы легко — постоянно шлифую, переписываю, проверяю каждую фразу, выбрасываю лишние слова, мучаюсь над сюжетом… Белой завистью завидую Максиму Кабиру, который за час левой ногой набросает какой хотите офигенный и оригинальный рассказ. Монстр!

Но да, парочка идей для крупной формы есть. Более того, рассказ, который сейчас участвует в отборе (и сдается мне, что его шансы невелики, так как он делался второпях) я с высокой долей вероятности переработаю в что-то более крупное. Есть в этой истории какой-то потенциал. Ну и «Гран-Гиньоль» вполне можно переработать во что-то более масштабное.

В редакции «Астрель-Спб» вот-вот начнут переиздавать книжки из серии «Ужастики» Р. Л. Стайна. Ты — ярый фэн этого автора. И ты активно занят в этом новом проекте Астрели как редактор и переводчик. Расскажи подробнее о том, что ждет читателей в новых старых «Ужастиках».

Для начала — новые переводы. Книжки выходили в «лихие 90-е», со всеми вытекающими. Например, были просто отличные, блестящие переводы (Покидаевой, Сапциной, Георгиева и др.), читающиеся даже лучше оригинала, а была и откровенная халтура, и полный шлак, вроде книги «Нечто из подвала», которая будет переиздана вторым номером уже в моем переводе под названием «Не подходите к подвалу». Предыдущая переводчица не дружила ни с английским, ни с русским, перевирая текст и выдавая перлы вроде «она высунула свой язык изо рта, демонстрируя желание выпить воды».

Помимо новых переводов, будут опубликованы достойные старые, причем заново вычитанные. Кстати, две книги делает великолепный Григорий Шокин, мастерски переводивший Лаймона, Лэнгана, Кэмбелла, Лиготти, Блоха и многих других… Так что захватывающее чтение детям и их родителям обеспечено.

БУК24 (КУПИТЬ)

Мне кажется, успехи редакции Астрель в области литературы ужасов связаны в том числе с тем, что издатели повернулись лицом к нам, фэнам. Наиболее талантливые фанаты жанра — такие как Максим Кабир, Дмитрий Тихонов, ты (и, наверное, я — хотя не мне судить о собственном таланте) и другие — прямо участвуют в работе издательства как авторы, переводчики, редакторы. Что это — некая новая тенденция? Или просто происходит некая смена поколений? Как вообще ты оцениваешь это все?

Я думаю, это удачное стечение обстоятельств — что в одном месте сошлось такое количество энтузиастов и замечательных профессионалов. Наши жертвоприношения во славу великого Ктулху помогли — иначе не объяснишь. Нет, серьезно — такого достойного подхода я не видел больше нигде.

В свете последних скандалов, сотрясающих русскоязычную литературу ужасов, нельзя не поговорить о проблемах жанра. Стараниями некоторых редакторов и издательств погибают целые серии, дорогу дают откровенным графоманам и просто не очень адекватным людям. Как ты относишься к этой, «темной» стороне происходящих в литературе процессов?

Риторический вопрос. Ну а как к такому можно относиться? Я лишь надеюсь, что товарищи, оставшиеся душою в «лихих 90-х» мало-помалу уступят место профессионалам, искренне любящим свое дело и уважающим своих читателей. Я подчеркиваю – уважающим, потому что и без графоманов с неадекватами все очень печально. Создается чувство, что некоторые издатели или вообще не стараются продавать книги — а, зафигачим как есть, авось пойдет! — или, напротив, стараются продать любой ценой, причем руководствуясь непонятно откуда взятым представлением, что читатель в массе своей дурак.

Спасибо за ответы :) Надеюсь, у нас еще будут поводы пообщаться о всяком-разном в формате интервью в будущем. А пока еще раз — удачи в отборе ССК2020 и вообще в жизни и творчестве!

Примечание ЗУ. Анатолий Уманский - обитатель и частый гость нашего сайта. Вы можете узнать его по никнейму Karnosaur123.

Источник: Зона Ужасов. Просмотры: 896.

Темы этой статьи

Комментариев: 30 RSS

  • Спасибо за интервью! Интересное получилось.

  • Тоже считаю, что некоторые переводы Ужастиков столь удачны, что читаются даже лучше оригинала:)

    С нетерпением жду «Не подходите к подвалу», хотя хотелось бы «Маску одержимости»!

  • Спасибо за вью-приятный человек,интересные мысли.

  • А, так вот почему "Karnosaur". ))

    Хорошее интервью, спасибо.

  • Карнозавр...каких только ников не встретишь(()Рада познакомиться,Анатолий!)Дерзайте.Только насчет графомана я не согласна)

  • И БАНК)

  • Желаю новых творческих успехов!)

  • ...И только после начала отбора я наконец купил ССК-2016 и прочел рассказ Алексея Провоторова «Мужики»… ну да, о лесном духе, который насылал на деревню лютый голод, доводя жителей до каннибализма.

    Какой любопытнейший круговорот историй в природе! Как-то была у меня задумка рассказа с определённым финтом в концовке. Прочитав "Америку", я понял, что рассказ этот мне писать не надо, потому что придуманная мной концовка почти дословно и очень хорошо реализована в "Америке" Анатолия Уманского XD

    А бой динозавра с погрузчиком из "Карнозавра" незабываем)))))))))))))

  • Прям захотелось после интервью сесть и сочинить классный рассказ... но способностями не награждён )))

    • Способности появляются от жгучего желания. Желание первично. А рассказ всегда можно отредактировать.

      • С другой стороны, жгучее желание не гарантирует того, что ты совершишь великие открытия в математике, если тебе 50 лет, допустим. Но оно может вылиться в другом, посильном занятии.

      • Не соглашусь - способности первичны!

        Поэтому надо уютно усесться и прочитать рассказы Уманского. Со знанием дела, как настоящий требовательный читатель )))

        • Надеюсь, понравятся.)

        • В психике есть такой механизм - компенсация. Грубо говоря, ты в искусстве проигрываешь по ряду фронтов, но зато очень сильно выигрываешь в других, и твои рисунки все равно конфетка. За литературу не знаю, но в изобразительном искусстве есть художники, у которых простая техника, но их графика или живопись все равно очень сильные. Это Обри Бердслей, Эгон Шиле, нелюбимый мной Жан-Мишель Баския. Это Винсент Ван Гог, в конце концов. Он начал рисовать в 27 лет, и его первые пейзажи были слишком корявыми, но... он не сдался и пробил железную стену, стоявшую перед ним. Он почти самоучка. То есть их желание перевесило способности, и они переиграли художников, которые годами осваивали академизм. Компенсация.

          • Мне кажется принцип компенсации работает по другому. Это механизм превращения детских страхов, недостатка внимания, психических комплексов и прочей негативной фигни в движущую силу для достижения каких-то целей. Отсутствие творческих способностей ничем не компенсируешь...

            а в изо вообще все так субъективно...

            • Ну это да, в изо большая свобода для творчества. Литература все-таки поуже и потеснее. Но вы попробуйте. Раймонд Чандлер начал писать в 45 лет. Разве он плохо писал? Нет, конечно.

              Мы с вами, видимо, имеем в виду разную компенсацию. То, что я имел в виду, описано в книгах. Да и на своем опыте тоже проверено.

              Дело ваше, в общем.

Пожалуйста, прочитайте "Правила общения в Зоне Ужасов"

Чтобы оставить комментарий, нужно войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте. Не волнуйтесь, это совсем не сложно. И да, у нас можно зарегистрироваться через социальные сети: Вконтакте, Фейсбук, Твиттер, Гугл+.
Кстати, наш официальный паблик Вконтакте тоже ждет вас!